Какая же я дура! Одна сумбурная ночь спросонок, и уже размечталась, что все может наладиться. Идиотка. Трясущимися руками накинула халат, сунула ноги в тапочки и вышла и комнаты. 

   Нет, не для того, чтобы поговорить с Демидом. Нам не о чем беседовать, похоже. Просто хотелось вдохнуть свежий ночной воздух, чтобы протолкнуть ком слез, вставший в горле. А может, просто хотелось нестись прочь отсюда. Похоже, пора!

   Темнота обняла меня в свои объятия. Я шагала по саду, пока не увидела огонек, расплывающийся от влаги в глазах, становясь похожим на елочную игрушку-шарик. 

   - Привет, - сказала девица в коротком халатике и тапках с большими бамбошками, курящая у тонкой изгороди, отделяющей от нас соседний участок. – Тоже не спится?

   - С мужем поссорилась, - почему-то призналась я. – Привет.

   - Знакомо, - соседка кивнула. – У меня их теперь два, прикинь? Думала, будет проще. Раз уж оба согласились на брак втроем. А по итогу только проблем в два раза прибавилось.

   - Сочувствую, - пробормотала в ответ.

   - Пасиб. А у тебя чего? – она покосилась на меня.

   Да примерно та же хрень, только вид сбоку, хотелось сказать мне. Тоже двое мужиков и от каждого по вороху проблем. По итогу меня разобрал нервный смех. Хрюкнув, покачала головой.

   - Я вот думаю иногда, надо сбежать от них обоих, - поделилась девушка. - Ну в ебеня такое счастье. Двойной вынос мозга, пожизненно, с гарантией. 

   - И что?

   - А то, - она тяжело вздохнула, – что потом смотрю на этих дятлов и понимаю, что люблю их. И прибить хочу, и люблю все ж таки. Любовь она ведь такая, злая до жути. Кусает в самую душу, гадина.

   - Это точно, - кивнула я. 

   - Ладно, пойду, а то мои передерутся, не хочу опять всю ночь в травмопункте просидеть, - соседка затушила окурок о забор и зашагала к дому.

   А я представила, что живу сразу с двумя, с Демидом и Аштаром. И тут же яростно потрясла головой. Нет уж, не надо о таком даже на секунду задумываться, ведь мысль материальна, как говорят. Но эти двое под одной крышей… Да они дом разнесут в хлам в первые же полчаса! Нам не то что ночь в травмопункте проводить постоянно придется, нам проще сразу там прописку получить!

   И в то же время мое расшалившееся воображение тут же нарисовало заманчивую картинку: большая кровать, я посередине, с одной стороны улыбается Аштар, а с другой сверлит меня взглядом ледяных глаз Демид.

   Ноги задрожали. 

   Тьфу ты, как это развидеть, срочно?!

   Я уперлась дрожащей рукой в перегородку забора между участками. Он послушно прогнулся. Тонкий какой, зараза! 

   - Ульяна Александровна, к вам курьер, - доложила Нина.

   - Почта? – спросила я юношу в красно-желтой униформе, вошедшего в кабинет. 

   - Не могу знать, - блеснул улыбкой и протянул лист. – Будьте любезны оставить автограф.

   Я поставила внизу завитушку подписи и взамен получила черную коробочку. Оставшись одна в кабинете, открыла ее и достала белый футляр. Сердце екнуло. Неужели Демид решил извиниться? Мы два дня спим в разных спальнях и встречаемся только за ужином. 

   Нет, вряд ли. Усмехнулась. Хватит бесплодных надежд, надоело уже. Пора принять, что мне достался единственный мужчина в мире, который находит нужным наказывать жену молчанием за то, что она его как следует трахнула ночью! 

   Нет, подарок не от Демида. На это красноречиво намекает изящный росчерк по крышке – буква R. Как первая буква фамилии Романо. 

   Хмурясь, открыла футляр и едва не зажмурилась от красоты, глянувшей в мое лицо. Изумрудные листики, будто перевитые водными капельками-бриллиантами, сплетались в невесомое ожерелье, увенчанное в середине подвеской в виде сияющей капли. 

   Внизу покоился конверт с неизменной карточкой, на которой значилось, опять же, лишь одно: «Ульяне».

   Аштар, конечно же. Больше некому. 

   Помимо воли улыбнулась, разглядывая это произведение искусства. Оно великолепно, бесспорно. Но принять такой подарок не смогу. О чем он только думал, спрашивается?

   Достала смартфон, набрала нахала:

   - Слушаю тебя, девочка моя, - бархатный голос с легкой хрипотцой прошил тело насквозь, нанизав на себя и позвоночник, и все мои непозволительные желания вкупе с  воспоминаниями. 

   - Я получила ожерелье, - сообщила, с ходу перейдя к делу.

   - Надеюсь, оно тебе понравилось, - мурлыкнула трубка, и я моментально представила, как этот негодяй сейчас ухмыляется довольно.

   - Нет, - разочаровала его не без удовольствия. 

   - Прислать рубиновое?

   - Только попробуй! – пригрозила, ахнув.

   - Еще есть бриллиантовое, - как ни в чем ни бывало, продолжил бессовестный итальянец. – Но оно вычурное, а к твоей яркой красоте нужно что-то более изящное. Чтобы оттеняло, а не подавляло.

   - Аштар!

   - Также имеется сапфировое, но это не твой камень, роскошная моя.