Незримой тенью прошел следом, проводив мою драгоценность до каюты. Вместе с ней скользнул под душ. Замер, почти физически ощущая ее, нагую, рядом. Холодная вода смывала с нее тяжелый день, уносила прочь все плохое, что навалилось в последнее время. Так хотелось обнять девушку, прижать к себе и нежно баюкать, вливая в душу силу. Чтобы ее израненная душа успокоилась, а сердце перестало истекать страданием.

   Кончиками пальцев провел по зыбкой дымке пространства между нами. Как же я тебя люблю, малышка, если бы ты только знала! Сдавленно зарычал, разрываемый желанием, стонущей в душе нежностью и страхом все это потерять. 

   Что мне делать, если буду не нужен ей?..

   - Как тебе? – сияющие изумруды моей девочки обожгли лицо, и я замер, не в силах думать, просто греясь в их свете. 

   Мы только что устроили прогон танцевальной программы, которая будет развлекать гостей на презентации детских украшений. И все это время с трудом заставлял себя смотреть на сцену, а не на Ульяну. 

   - Так как, Аштар? – нахмурилась, решив, видимо, что мне не понравилось.

   - Твои маленькие пчелки вне конкуренции, - заверил ее охрипшим голосом. – Все идеально, Ульяна!

   - Отлично! – лицо девушки снова будто осветило солнышко. – Тогда я поеду, еще много дел.

   - Удели мне несколько минут, - остановил ее. – Хочу кое с кем тебя познакомить. 

   - С кем?

   - Увидишь, - указал на дверь. – Идем.

   - Хорошо, но у меня весь день расписан по минутам, так что недолго, - предупредила, зашагав к ней и оставив меня смаковать то, как упруго ходили ее ягодицы под тканью платья-футляра из синего шелка. 

   Когда-нибудь ты будешь умолять меня не останавливаться, чтобы было как раз подольше. Я хмыкнул, вместе с ней подойдя к лифту в холле и не отрывая взгляда от молнии на спине Ульяны. Потянуть бы эту проказливую змейку за «хвостик», медленно опуская вниз, чтобы представилась возможность полюбоваться скрытыми сокровищами: изящными лопатками, ожерельем позвоночника и…

   Сглотнул, прикрыв глаза веками. Ничего не могу с собой поделать, рядом с моей девочкой у меня приличные мысли вымирают мгновенно, как динозавры.

   Лифт улетел, унося нас в небеса. Нетипичное место для демона, признаю, но я жил в пентхаусе наверху и, распугивая ангелов, большую часть времени ходил по дому нагишом. И так уж совпало, что на первом этаже этого небоскреба как раз имелся отличный банкетный зал, где мы и отрепетировали сегодня презентацию.

   - Куда ты меня ведешь? – с подозрением осведомилась моя девочка, когда мы вошли в апартаменты. 

   Она окинула взглядом стеклянный потолок, сквозь который лился солнечный свет, такие же стены и хмыкнула:

   - Прямо аквариум, - покосившись на меня, добавила, - для акулы. 

   Для демонов, едва не ответил ей. Вместо этого распахнул дверь на веранду:

   - Прошу. Только одно условие – босиком.

   - Почему?

   - Так надо, - скинул лоферы и голыми ступнями встал на траву, приятно холодящую ноги, легонько щекоча их.

   - Сад на такой высоте? – Ульяна, сняв туфли, ступила на газон. – Не знала, что в Петербурге такое есть.

   - А еще тут есть пруд, - зашагал вперед, к плакучей красавице-иве, которая полоскала зеленые косы в полупрозрачной воде.

   - Жаль, что не озеро, - съязвила моя драгоценная, встав рядом. – Ой, кто это? – ахнула, когда по воде пошли круги, и на большой камень вылезла черепаха размером со сковороду. 

   - Бабушка Тортилла, - довольно ухмыльнулся. – Вот с ней и хотел тебя познакомить. 

   - Здравствуйте, бабушка, - Ульяна улыбнулась.

   Натянуто – тут же отметил я, чувствительный к переменам ее настроения, как барометр. Рогатый барометр. Что не так? Нахмурился, разглядывая девушку. 

   По ее коже пробежали мурашки, и явно не от того, что я будил в ней крепко спящую чувственность. Она явно была «не в своей тарелке», как суши, ненароком угодившее в дружную компанию длинных тонких спагетти, и не сводила пристального взгляда с черепахи, борясь с какими-то неприятными воспоминаниями.

   Та высунула голову из панциря, внимательно рассматривая гостью маленькими глазками. А потом плюхнулась обратно в воду, окатив нас брызгами. 

   - Ай! – девушка отшатнулась, я бросился к ней, чтобы не упала и…

   Вот не думал, что та самая пресловутая молния из романов и меня самого ударит в лоб! Да так, что только искры посыплются из глаз – реальные, готовые поджечь все вокруг. Зарычав, я рывком прижал Ульяну к себе, почувствовав, как восхитительно мягко ее тело вжимается в мое - дрожащее, жаждущее, натянутое струной скрипки Страдивари. Именно его, великого мастера, потому что это настоящее тонкое искусство – так взводить мужчину, до предела, разобрав на атомы и собрав снова, уже совсем другим демоном. 

Глава 15

   Задохнулся от этих ярких ощущений, прошивающих хребет насквозь. Спеленал мою драгоценную руками, стреножил, чтобы не вырвалась, не удрала, иначе мое сердце ускачет следом. Вырвал из ее волос заколку, зарычал утробно, когда роскошные рыжие кудри рассыпались по плечам, ускорив мой пульс еще в несколько раз. Впился всем своим существом в порочно-пухлые губы, словно желал поглотить любимую - неприступную, жаркую, нежно-покорную, вздорную - идеальную. Такую разную и только, только мою!