— Если хочешь свадьбу без Фростов – я всё пойму, – он посмеялся. – Тогда можем уехать в мои владения, и…

— Рэймнод, я не могу! – голос прозвучал надрывно, я вздрогнула от громкости собственного голоса.

Рэй замер на секунду, но после потянулся ко мне и с улыбкой обнял меня за плечи. Это было мучительно. Я так жаждала его прикосновений, но сейчас они обжигали кожу. Я боялась, что если он станет ещё ближе – у меня не получится от него отказаться.

— Пожалуйста, Эмма, давай не будем снова играть в “ты аристократ, а я служанка”. Я ведь говорил, мнение общества для меня ничего не значит.

— Дело не только в этом, – сдавленно прошептала я.

Слова не желали срываться с губ и застревали в горле. Мне хотелось умереть в его объятиях, чтобы навсегда остаться в этом мгновении, но не идти дальше.

— Тогда в чём? – он спросил с улыбкой, словно готов парировать любой мой ответ, и все эти терзания кажутся ему не более, чем девичьим волнением.

Я же подняла взгляд, понимая, что с моих глаз вот-вот сорвутся первые слезы. Всё моё тело словно охватило адское пламя, как если бы я расплачивалась за свои грехи здесь и сейчас.

— Я не так невинна, как ты думаешь, – с трудом выдавила я из себя, и желание нырнуть в эту реку разгорелось с новой силой. Тут же опустила голову, не в силах смотреть, как из глаз Рэймонда исчезает любовь ко мне. – Вернее я… я вообще не невинна.

Ночь пронзила тишина. И в этот раз она удушливо стягивала веревку на моём горле почти до физической боли.

Глава 25.2. Ты не можешь быть настоящим

Руки Рэймонда перестали обнимать меня. Он не отодвинулся резко, но опустил ладони под давлением бессилия. Я могла наблюдать лишь краем глаза, как он отвел взгляд и смотрел теперь на водную гладь под нами.

Мне хотелось провалиться прямо на этом месте. Никогда ещё не было так стыдно, как сейчас. Во многих бедах прошлого были виновны прочие люди и их жестокость. Но сейчас моему долгому молчанию не было оправдания. Теперь во всем виновата только я.

— Не невинна? – переспросил Рэй шепотом, будто пытался убедить сам себя в подобном абсурде.

— Да, – голос дрогнул, а с глаз пришлось неловко стирать ладонью первые слезы. – Прости меня. Пожалуйста, прости.

— Кто это был? – в его бессилие проскользнули искры гнева. – Это ведь не Джаспер?

— Нет-нет! – внутри всё сжалось от ужаса. – Никогда. Ни за что.

Вновь повисла давящая тишина, но сквозь неё я уловила легкий выдох облегчения. Я сжимала кулаки до состояния, когда ногти впивались в ладони. Меня начинало потряхивать. Но Рэймонд медлил и долго ничего не говорил. А я не находила сил продолжить закапывать себя ещё глубже в землю стыда.

— С тем мужчиной… у тебя всё было серьёзно? – шепотом спросил он, наконец.

Я вновь уставилась в воду, не смея смотреть на Рэймонда. В мутной, тёмной глади ручья не было видно отражения, но я знала: всё лицо раскраснелось от стыда. Щеки буквально горели, а по горлу ходил туда-сюда комок эмоций, который готов был в любое мгновение вырваться и превратиться в громкое рыдание.

Но я сдерживалась…

— Да. Даже слишком серьёзно.

Вдох, выдох. Пора поставить точку более жестокими и прямолинейными словами. Я набралась смелости, засунув горесть к себе как можно дальше. Поплачу о своей печальной участи после. Сейчас я повернулась и резко начала:

— Рэймонд, вообще-то я…

Но не успела договорить. Взгляд уперся в большой кулак, который приближался к моему лицу. Во мне взыграло нечто из прошлого – страх, инстинкт самосохранения. Я тут же зажмурилась и отодвинулась, ожидая удара, но… его не последовало.

— Эмма, ты чего? – растерянно и даже… с волнением спросил Рэймонд.

Я открыла глаза и поняла, что его кулак остановился, разжался и сейчас на ладони лежала коробочка с заветными кольцом, которое он так и не успел надеть на мой палец.

— Ты в порядке? Ты решила, что я могу ударить тебя?! – мужской голос пропитался возмущением и обидой.

А я не сдержалась.

Слезы градом побежали по щекам, нечто внутри щелкнуло и лавина боли из прошлого накрыла меня с головой. Как же горько, как же мерзко. Я не выбирала стать женой чудовища, я чуть не поплатилась за тот брак жизнью, а теперь отказываю лучшему из мужчин, потому что моё прошлое залито чернотой чужих грехов.

— Рэймонд, ты не слышишь меня?! Я грязная лгунья, которая тебя недостойна! – в голосе появился надрыв, я больше не могла перешептываться о тайнах. Хотелось кричать, рыдать и биться в истерике.

Я отодвинула его ладонь от себя, но он Рэймонд навязчиво протянул её обратно.

— Эмма, я совру, если скажу, что нечто мужское во мне не сгорает в гневе, но… – он умудрился улыбнуться, – я был бы гадким лицемером, если бы после всех путешествий с Джаспером по публичным домам, где я вступал в связи с женщинами даже без любви и серьёзных намерений, сейчас отказался от тебя из-за предрассудков.