— Разумеется. — Я не ожидала, что они нападут, если только с Вайятом ничего не случится, но понимала необходимость в осторожности. Несколько недель назад они возглавляли список самых разыскиваемых, и для большинства людей ничего не изменилось.

Маркус отошёл, чтобы позвонить. Я прошла в столовую и села на стул. Уставилась на стол, за которым шесть часов назад ела китайскую еду с Вайятом и щенками. Трое мальчишек-подростков, жаждущих любви и внимания — двое из них ранены, а один пропал. Длинная цепочка событий привела к этому моменту, и эта цепочка всегда вела обратно ко мне. Моё воскрешение. Моё нежелание умереть раз и навсегда. В моей жизни теперь было больше того, ради чего стоит жить, чем четыре месяца назад, и гораздо больше того, что можно потерять. И гораздо больше того, что можно спасти, если бы моя смерть означала, что они могут жить и быть в безопасности.

Волчата заслуживали шанса быть в безопасности. И быть любимыми.

Перед глазами все расплылось, и я заморгала, сдерживая слёзы. Они получат этот шанс, чёрт возьми. Несмотря ни на что.

Представьте двух мальчишек-подростков, которые напуганы до смерти и испытывают сильную боль, но изо всех сил стараются не показывать этого взрослым. Добавьте к этому тот факт, что двое взрослых — терианцы, а мальчики — подростки-оборотни, и картина вырисовывается не из приятных. Когда Питер очнулся, он так перепугался, что я подумала, нам придётся снова его вырубить. Вайят выгнал меня из спальни, боясь, что меня случайно укусят, пока он успокаивал ребят.

Через некоторое время все трое вышли из спальни. Марк и Питер были одеты в слишком большие для них спортивные штаны, они прижимались друг к другу, хромая и обливаясь потом от боли при каждом движении. Терианцы выздоравливают быстрее людей, но на них были надеты серебряные ошейники. Они подозрительно посмотрели на Маркуса, но пытались улыбнуться мне.

— Они знают, что мы уезжаем, — сказал Вайят.

И мы уехали. Это заняло некоторое время, потому что щенки двигались, как старики, которые изо всех сил стараются не показывать, как сильно их мучает артрит. Маркус пошёл вперёд, чтобы подогнать машину поближе. Вайят забрался на заднее сиденье с мальчиками, поэтому я села на переднее.

— Я сказал Джону не открывать дверь, — сердито начал Питер. — Какой-то парень сказал, что люди из квартиры напротив заказали пиццу, а теперь не отвечают. Спросил, не хотим ли мы её купить. Джон любит пиццу.

Классический способ заставить кого-то открыть дверь незнакомцу, и доказательства этого пятнами заливали пол в квартире Вайята.

— Мы не думали, что ты будешь против, если мы купим пиццу, — сказал Марк Вайяту. — Честно. Мы же не могли выйти.

— Вы не почувствовали, что он терианец? — спросил Вайят. Вопрос, а не обвинение.

Марк вздрогнул.

— Мне не пришло в голову попробовать унюхать его. Я чувствовал только запах пиццы. Джон открыл дверь. Они выстрелили в него.

— Из транквилизатора?

— Думаю, да. Он не истекал кровью, просто был без сознания. Питер закричал. Я попытался взять телефон, чтобы позвонить тебе. Всё случилось так быстро, а потом он, должно быть, выстрелил и в нас.

— Как выглядели нападавшие?

— Кажется, оба были Фелия. У них были медные глаза. — Марк уставился на затылок Маркуса. — У одного рыжевато-каштановые волосы. Он большой, мускулистый. Выше Вайята.

Похоже на Вейла.

— Другой? — спросил Вайят.

— Женщина, — ответил Питер. — Другой нападавший был женщиной.

Я удивленно посмотрела в глаза Вайята. Не знаю, почему мы удивились. Девушки тоже могут быть предателями.

— Как она выглядела? — спросила я.

— Красивая. Высокая. Светлые волосы, собранные в хвост.

Не очень полезное описание, но всё же что-то.

— Возможно, Старр Так, — заметил Маркус.

Сестра снайпера на крыше. Все в этой семье сумасшедшие?

— В котором часу это было? — спросила я мальчиков. — Вы помните?

— Около девяти, — сказал Питер.

Вскоре после того, как мы ушли. Чёрт.

— Извини, — сказал Марк.

— За что? — спросил Вайят.

— Мы облажались.

— На вас напали без всякой причины, Марк. Это не ваша вина. Это я виноват. Я оставил вас в очевидном месте, и меня не было рядом, чтобы защитить вас. Мне следовало быть осторожнее.

Мы оба должны были сделать многое по-другому сегодня.

Марк и Питер пытались вспомнить всё, что могли, об атаке, но их обоих быстро вырубили. Им было стыдно, они испытывали боль и беспокоились о брате. Я тоже беспокоилась о Джоне, больше, чем ожидала. Когда-то волчат было шестеро, затем их число сократилось вдвое. Я не знала, что они будут делать, если потеряют Джона.

Я не знала, что будет делать Вайят.