Кисмет вернулась на внедорожнике. Отэм и Полу требовалась медицинская помощь в Сторожевой Башне, а некоторые из нас остались на уборке. Вайят разговаривал по телефону с кем-то из Башни, докладывая о событиях последних получаса и прося помощи с уборкой. Меньше всего нам нужно было оставлять груду гоблинских частей для городской полиции, а у нас всего около трёх часов до того, как в этих краях начнут просыпаться люди.

Кайл помогал Кисмет усадить Отэм и Пола на заднее сиденье. Телефон Отэм не переставал жужжать, но она не спешила отвечать. Я двинулась вперёд, чтобы ответить за неё.

Чьё-то тело врезалось в меня, и я рухнула на окровавленный асфальт. Моё правое бедро пронзила острая боль. Что-то тёплое и влажное растеклось по моей пояснице. Вайят издалека закричал моё имя — значит, придавил меня не он. И не из него текла кровь.

Чёрт.

— На той крыше! — крикнул Кайл.

Снайпер. Ещё один грёбаный снайпер.

Тело, лежавшее на мне, перекатилось, и я повернула голову, чтобы заглянуть в полные боли медные глаза Маркуса. Я села слишком резко, и по правой ноге полоснула агония, перед глазами всё расплылось, и я, возможно, издала короткий вскрик. Вайят мгновенно оказался у меня за спиной, поддерживая меня, и я оперлась на него.

Кисмет опустилась на колени рядом с Маркусом и прижала руки к его правому боку, под рёбрами.

— Какого чёрта? — спросила я.

— Увидел лазерный прицел, — напряжённым голосом произнес Маркус. — Среагировал.

— Я не слышал выстрела, — сказал Вайят.

— Я тоже.

Вайят успел снять с себя ремень и обматывал им моё бедро. Я наконец увидела дыру. Меня ранили в ногу.

— Насколько серьёзно? — спросила я.

— Могло быть хуже. — Маркус вздрогнул, когда Кисмет усилила давление. — Проклятие, женщина, больно же.

— Будет ещё больнее, если ты истечёшь кровью, — парировала Кисмет.

— Да не так уж это серьёзно.

— У тебя в теле две дыры, Маркус. Это достаточно серьёзно.

Вайят закончил затягивать жгут, и я зашипела сквозь стиснутые зубы.

— У Эви только одна. Пуля всё ещё внутри.

— О, как мило, улика, — сказала я.

— Я имел в виду, что ты не сможешь начать исцеление, пока пулю не извлекут.

— Верно. — Я знала это, но боль мешала ясно мыслить. — Мы достали стрелка?

— Тибальт и Кайл пошли за ним.

— Кого пытались убить? Меня или Маркуса? — Я в общем-то знала ответ, но всё равно должна была спросить. Он прыгнул под пулю ради меня. Меня всё равно ранили, конечно, но это не умаляло его жеста.

— Прицел был у тебя на затылке, Эви, — ответил Маркус.

— Отлично.

— Это могли быть гоблины? — спросила Кисмет, помогая Маркусу лечь на заднем сиденье внедорожника.

Вайят решил проявить излишнюю заботу и усадил меня на переднее пассажирское сиденье. Он даже пристегнул меня, что я нашла одновременно раздражающим и умилительным.

— Сомневаюсь, — ответил он. — У них нет ни координации, ни телосложения, чтобы обращаться с винтовками.

— Королева могла нанять кого-то.

— Или это ещё один из кузенов Вейла, — предложила я, — и это вообще не связано с гоблинами.

На это никто не ответил.

Кисмет отвезла нас обратно в Сторожевую Башню, и по дороге мы получили новости о снайпере. Когда они добрались до крыши, следов не было. Кайл сказал, что учуял бенгальца.

Чёрт бы всё побрал.

Нога кровоточила не сильно, но рана болела сильнее, чем большинство колотых ран, что у меня были. Я боялась, что пуля задела кость, тем более что выходного отверстия не было. На обратном пути город расплывался за окном. Кисмет воспользовалась правилом, разрешающим проезд машин по широким коридорам торгового центра только для доставки тяжелораненых в лазарет, так что идти нам оставалось совсем немного.

Однако идти мне всё равно не пришлось. Доктор Вэнсис был оборотнем-медведем и достаточно сильным, чтобы донести меня до лазарета и уложить на смотровой стол. Рядом со мной оказался Пол.

— Как получается, что всякий раз, когда мы с тобой вместе сражаемся с гоблинами, те, кто стоит рядом со мной, получают пули? — спросила я. В прошлый раз это произошло в большом сражении в заповеднике. Перед битвой с объединёнными силами полукровок и гоблинов Пол случайно выстрелил Вайяту в руку.

В моей голове этот комментарий показался смешнее. Пол слабо улыбнулся, прежде чем доктор Вэнсис задернул шторку между нашими койками и занялся лечением. Я уставилась в потолок, пытаясь игнорировать агонию в ноге, которая, казалось, усиливалась по мере того, как инстинктивное стремление организма к исцелению наталкивалось на металлический осколок, всё ещё застрявший внутри.

В какой-то момент кто-то дал мне пару таблеток от боли. После этого в голове у меня сильно помутилось, и к тому времени, как действие лекарства прошло и я снова обрела ясность, надо мной стоял доктор Вэнсис с кусочком металла в длинном пинцете.