- Сестры делят те твои платья, что остались. И дерутся из-за комнаты. Не до тебя им. Все, не тяни время. Надевай парадную шляпку, - шлепнул мне ее на голову, схватил за руку, вытащил из дома и втолкнул в карету, что ждала у подъездной дорожки. Надо же, арендовали специально, чтобы от меня избавиться. Какая неслыханная честь!

   Дверь захлопнулась, колеса заскрипели под свист кнута возничего. Вскоре за окном замелькал частокол суровых елей и сосен. 

  - Вы решили оставить дочь в лесу, волкам на съедение? – с нервным смешком уточнила у папеньки.

   - Ты такая язва, Тори, - он покачал головой. – С твоим характером именно это и следовало бы сделать, да только волков жалко. Бедолаги не заслужили такого наказания.

   Протяжный вой долетел издалека, заставив меня подпрыгнуть на жестком сидении.

   - Вот, слышишь, они уже жалуются и молят о пощаде, - продолжал веселиться батюшка.

   Бабах! Что-то шлепнулось на крышу кареты, и я взвизгнула, мигом представив огромного волка с оскаленной пастью. Папа тоже побледнел.

   - Прррривет! – раздалось, когда в окне показалась мордашка Буки. – Торрри!

   Свесившись с крыши вниз головой, попугай застучал клювом в стекло.

   - Тьфу на тебя, холера! – выругался папа, облегченно выдохнув.

   - Бука! – я покрутила ручку, чтобы стекло опустилось, и прижала птахеля к себе. 

   - Торррри! – тот довольно прикрыл глазки, когда начала гладить на голове. 

   - Один другого стоит, - отец закатил глаза. – И как теперь вас двоих ему втюхать?

   - Кому именно? – уточнила, пропустив мимо ушей просторечье. Он мог выражаться и похуже. Образованность аристократов – не более, чем миф. Его, вероятно, сами дворяне и распространяют. – Куда вы нас везете, говорите уже.

   - Скоро сама все увидишь, - он откинулся на спинку и задремал.

   Скрипнула зубами. А еще гадают, в кого у меня дурной характер! Ладно, не буду злиться, это бесполезно. Рано или поздно приедем, все узнаю и тогда уже буду думать, что дальше делать. Во всем надо видеть хорошее. Не в монастырь и не к волкам – уже отлично, так ведь?

   - На аборррррдаж! – сонно прокричал, распушив перья, мой маленький друг. 

   Откуда это у него – понятия не имею, я Буку нашла в саду под яблоней, он был маленький совсем, с поломанным крылом, перепуганный и злой. Красный, как яблочко. Щипал пальцы, орал, пока несла домой, потом выдохся и просто прижался ко мне, решив, видимо, что пришел его смертный час. 

   Когда крыло срослось, птахель осмелел – понял, что есть его не будут и обнаглел. Принялся пикировать сверху на сестер, обзываться, клевать всех и выдаваться такие выражения, что даже папа удивленно ахал и записывал на огрызок бумаги. Меня, как свою спасительницу, Бука не трогал и даже, кажется, любил. Ревновал к жениху Глену, пока тот был жив. 

   Я погладила ару и тот успокоился. За окном было уже темно. Лес, наступавший со всех сторон черными елями, неожиданно расступился и стал виден замок на горе, подсвеченный монеткой луны, что подглядывала за нами. Острые пики башен протыкали темно-фиолетовые тучи. Темные проемы окон недружелюбно зыркали на окрестности. Какое страшное место!

   - А, вот и он, - сказал отец, открыв глаза. – Прибыли!

Глава 7 Знакомство с будущим

   - Ч-что значит прибыли? – взволнованно посмотрела на отца. – Куда прибыли? Да что же вы все молчите!

   - Стррррашно! – поддакнул Бука. 

   - Аааааа! – хором закричали мы все трое, когда в следующее мгновение карету подкинуло, будто великан ее сзади пнул.

   Папа упал на пол. Сверху на него приземлилась я. 

   - Рррразбой! – завопил попугай, заметавшись от стенки к стенке.

   - Аааааа! – завопили мы снова, когда дверь распахнулась.

   - Приехали, - сообщил кучер, недоуменно на нас глядя. – Колесо угодило в трухлявую доску в мосту. Так шо это, вылазьте и дальше ножками топайте. Давайте ручку, мамзель, - состроил мне глазки.

   - Укусю! – предупредил его Бука и клацнул клювом.

   - Ну и как хотите, - возница обиделся и отошел в сторону.

   - Твою дивизию за провизию! – высказался батюшка, кряхтя.

   - Зачем мы здесь? – уточнила, осторожно выглянув наружу.

   - Вылезай, пойдем с будущим знакомиться, - папа дал мне толчок в спину для ускорения.

   Пришлось выйти из кареты. Я поежилась – холодный ветер негостеприимно скользнул по голым рукам и декольте. Кожа тут же ощетинилась мурашками. Но через секунду стало не до того – подвесной мост зашатался. Он был широким, но довольно ветхим на вид. Немудрено, что колесо угодило в дыру на месте отсутствующей доски. Должно быть, она рассыпалась, и остатки улетели в пропасть, что чернела под мостом.

   - Идем, Тори, - поторопил батюшка с моим чемоданом в руке – что мог посоревноваться с мостом в старости. 

   - А он не обвалится? – с опаской посмотрела на хлипкое сооружение.

   - Вот и узнаем.

   - Что?..

   - Да шагай уже, наказание мое! – прикрикнул батюшка, и я двинулась вперед.