— Это не важно. Господин уже выкупил амулет! — Дьянни снова потянул шкатулку на себя. — Советую принести извинения и покинуть магазин, иначе я вызову стражу!

— Что?! Я внесла залог! У меня есть чек на имя Эстер Лангроу…

— Невозможно! — ювелир побледнел. — Господин тоже…

— Тоже Эстер Лангроу? — поинтересовалась она с неприкрытой издёвкой.

Ситуация накалялась. Пока никому и в голову не пришло, что камень выбрал обоих.

Такое случилось впервые.

— В Тёмной империи заболели ещё два малыша, — неожиданно раздалось позади.

Я резко обернулась, увидев Джайну. Она уже сбросила личину старушки и превратилась в призрака. Ни Дьянни, ни Кристоф с Эстер пока не слышали нас.

— На руке Эстер вспыхнула двойная метка: Хозяйки судьбы и Тёмной леди, — ответила я. — Она сможет помочь детям. Странно, что Кристоф пока не слышит этого.

— Через пару часов почувствует, — заверила Джайна. — Главное, чтобы Тиль уговорил Роберто отпустить Вэрингу в Тёмную империю. Без него Эстер не выпустят из королевства.

— Уговорит, — прошептала и закрыла глаза, вспоминая ужас, увиденный в Нижнем мире. — Он точно уговорит…

Болезнь, которая поражала малышей теневых драконов, была магической и нарушала законы Смерти. Поэтому Джайна знала о ней намного больше Кристофа и его шаманов. Но из-за того, что нам нельзя вмешиваться в дела смертных, она не могла подсказать им, где нужно искать причину. А сами мы ничем не могли помочь детям, хотя и пытались.

Мёртвая королева научилась похищать их Тени. А для дракона - это душа, вторая ипостась и источник жизненной Силы. Оставшись без Тени, малыши стремительно угасали. Шаманам пришлось поместить их тела в заморозку, чтобы сохранить до того, как найдут способ излечить.

Только долго держать это плетение нереально. У Эстер будет от силы два-три дня, чтобы найти разгадку и вытащить души малышей из лап нечисти.

— Предлагаю поступить проще. Раз уж камень выбрал владельца, не будем оспаривать его решение, — услышала голос Кристофа.

Наконец-то! Хоть кто-то вспомнил про метки.

— На запястье хозяина Сердца должна появиться печать…

— Д-да… Красная лилия на фоне молодого месяца, — заикаясь произнёс Дьянни. — О-о-о-о! Да, это она! — воскликнул он, едва дракон закатал рукав.

Эстер побледнела. Мы с Джайной застыли в немом ожидании. Но... целительница не догадалась тоже проверить метку!

— Тьфу ты… — выругалась я. — Ладно. Одно хорошо, что Кристоф знает её имя. Как только поймёт, что он не единственный владелец камня, с лёгкостью найдёт её.

— Согласна. Нам здесь больше делать нечего, — ответила Джайна.

Уйти мы не успели. Неожиданно запищал коммуникатор Эстер и я невольно остановилась, вслушиваясь в его тревожный звон. Целительница ответила, а из артефакта раздался голос Светлейшего Вэринги и пронзительный женский крик. Незнакомка умоляла спасти её дочь.

Мы с Джайной переглянулись, а в душе шевельнулось странное предчувствие.

Магия Сердца Бездны начинает работать моментально. В миг, когда Эстер коснулась камня, из её жизни исчезли случайности. Теперь всё происходящее приближало её к заветному желанию или… гибели.

Значит, эта пациентка как-то связана с желанием Эстер и, возможно, болезнью теневых драконов. Ведь Кристоф тоже успел коснуться камня!

В лавке вспыхнул портал для Огоньков. Эстер моментально прыгнула в него, перемещаясь в лазарет.

Не сговариваясь, мы рванули следом. Нужно немедленно выяснить, что там происходит!

Я сразу почувствовала откуда фонит болью и устремилась на первый этаж, пока Эстер наспех переодевалась.

Девочка была при смерти. Я ещё не видела её, только слышала душу. Она ступила одной ногой за Грань. Обычный целитель уже ничего не сможет сделать, но Лангроу - носитель Тройной Искры. Последняя в этом мире магичка, одновременно владеющая навыками шаманства, светлого и темного целительства.

Медиум, лекарь, некромант. Редчайшее сочетание талантов, встречающееся только у женщин.

Тысячу лет назад нечисть сделала всё, чтобы уничтожить эту ветвь магии…

— Моя дочь! — раздался пронзительный крик, полный боли и отчаяния.

Женщина страдала, умирая вместе со своим дитя. Но рядом с ней кружила и другая магия. Гнилая, леденящая душу… Так ощущалась аура тех, кто заключил контракт с нечистью.

Я безошибочно чувствовала эту Силу и… тень королевской крови! Разбавленной и слабой, далекой от настоящего могущества Снежных владык.

Кровь проклятого бастарда…

— Алекс дэс Тьянни, — прошипела сквозь зубы, увидев высокого холеного мужчину.

На его лице застыла маска безразличия, но я чувствовала растекающееся вокруг раздражение и злость. Его нервировали крики жены и…

— Жертвенная Печать! — воскликнула я, заметив метку на ауре несчастного ребёнка. От неё к Алексу тянулась кровавая нить.

Герцог пошёл по стопам сумасшедшего предка, и ради власти тоже принёс своё дитя в жертву нечисти.

Вернее, попытался. Девочка ещё жива…