– Я согласна. Но мне нужно потренироваться и отработать несколько тактик. Поможешь?

– Разумеется, – усмехнулся отец. – Если с этим закончили, я хотел бы обсудить твою ситуацию с Лейком. Ты всерьёз настроена разорвать помолвку?

– Ты ведь сам учил не давать второго шанса, – тяжело вздохнула.

Этот совет имел богатую историю.

Отец был не просто командиром, но и создателем Ордена Жнецов смерти. Он разработал уникальную систему сложнейших тренировок, позволяющих выработать абсолютную устойчивость к губительной магии Хаоса.

Его и тех, кто последовал за ним, вначале называли смертниками и безумцами. Ведь во время прорывов чудовищ они входили прямо в Раскол. Расчищали подходы к порталу, чтобы другие маги сумели закрыть его.

Жнецы удерживали орду безумных тварей, принимая основной удар на себя и не позволяя монстрам вырваться наружу. Каждый раз они шли на смерть, и шансы на успех напрямую зависели от того, как сработает каждый маг из отряда.

Они должны были сражаться единым фронтом, прикрывая и страхуя друг друга. Одна ошибка, одно предательство могли стоить жизни всем. А смерть, как известно, не дает второго шанса.

Поэтому отец и учил не подпускать близко тех, с кем ты не готов войти даже в Раскол. И никогда не прощать предательства.

Тот, кто хоть раз поставил свою шкуру выше других, не заслуживает доверия.

– Лейк… поступил чудовищно, – добавила, задумчиво покрутив в руках опустевшую чашку, – я смогу этого ни забыть, ни простить. Хотя… чувствую себя странно. Мне противно от его поступка, но не больно от расставания. А ведь я была уверена, что люблю его! Верила в это…

– Скажу больше, ты заставила поверить в это даже меня, – скривился отец.

Он не переносил Вальтера, но никогда не распространялся о причинах. А может я просто не была готова услышать правду?

– Вальтер будто в один миг изменился. Кажется, что раньше я знала другого мужчину…

– Рей, знаешь, как его называют Жнецы и Ловчие? – неожиданно спросил отец.

– Алмазный рыцарь, – нахмурилась, припоминая его прозвища, – Белый Страж…

– Гадюка победы. И слова: где Лейк, там победа - они не про героизм. Они о его умении проползать туда, где побеждают.

– Но он же не раз вёл паладинов в бой! – опешила. – Его отряды прошли саму Бездну…

– Вальтер превосходный мечник, отличный стратег и очень сильный маг, не спорю. Он действительно не раз использовал ауру и это помогало армии в целом, но он всегда БРОСАЛ людей в бой, а не вёл за собой, – жестко припечатал отец. – Вальтер никогда сам не оказывался в мясорубке. В отличие от меня или того же Лаорры, который всегда был впереди своих людей, Лейк безошибочно чувствовал места, где можно появиться красиво. Порубить более слабых врагов, не замарав сияющие доспехи и не угодив в ловушку. На войне он всегда приходит побеждать, но платит за это чужой кровью и жизнью.

– Я… – осеклась, чувствуя, как к горлу подступила тошнота. – Почему… почему ты не рассказал раньше?!

– А ты бы стала слушать? Тебе было четырнадцать, когда вы встретились. Герой войны, рыцарь в сверкающих доспехах, он был увешан орденами как дворняга репейником, – отец брезгливо поморщился. – Ты была очарована им, угрожала уйти из дома, если я не благословлю вашу помолвку.

Я сконфуженно втянула голову в плечи. Не знаю, чем тогда думала, но скандал помнила и сейчас было очень стыдно. Впрочем… Теперь не исключала, что Лейк воспользовался моей уязвимостью и пришиб аурой.

Сломать защиту ребёнка несложно, я тогда мало что умела. А Лейк, как оказалось, тварь без совести и принципов…

– Я знал, что эта гадюка однажды оступится и всё же сверкнет клыками, и ждал, пока ты увидишь его истинное лицо, – горько усмехнулся отец.

– Он не ожидал моей просьбы о помощи, – задумчиво протянула, – и просто не успел натянуть маску.

Лейк всегда сам назначал встречи. Приходил с цветами и дорогими подарками, рассыпался в комплиментах, угождал в каждой мелочи. У нас не было ни единого повода повздорить. Поэтому я ни разу не видела его настоящего лица.

– Я абсолютно точно хочу разорвать помолвку, – решительно произнесла.

– Хорошо, – отец облегченно выдохнул. – Знай, что я полностью на твоей стороне. Проблемы с храмом и императором беру на себя. Кстати, от Дамира уже поступило предложение?

– Что? – от неожиданности едва не выронила чашку. – О чём ты?

– Хочешь сказать, что Дамир увидел тебя и не влюбился с первого взгляда? – он удивленно вскинул брови. – Ослеп, что ли…

– Отец! – охнула, не сразу сообразив, что он шутит.

– Ладно, ладно, не вмешиваюсь, – примирительно поднял руки, – но если что, кандидатура Лаорры в приоритете и обсуждению не подлежит… – наткнувшись на мой суровый взгляд, он подмигнул мне и поднялся из кресла. – Пойдём, посмотрим на твоего морфала и немного потренируемся. Тебе ведь скоро возвращаться в Аметист?

– У меня ещё есть чуть больше часа.