Вдруг коммуникатор запищал и меня окатило волной дурных предчувствий. Сообщения от Вальтера я чуяла ещё до того, как открывала. От них заранее сводило зубы.

Включив экран, бегло прочитала начало. Я не ошиблась. Лейк вновь писал с нового номера. Предыдущие два я хладнокровно заблокировала.

Его послания были однотипными. Он просил прощения, клялся в вечной любви и говорил, что вчера сошёл с ума от ревности. Поэтому не контролировал флёр и вёл себя слишком грубо.

Я не верила ни единому слову и не хотела ничего слушать. Но, всё же, последнее сообщение смогло удивить.

– “Я хочу помочь морфалам”, – так оно начиналось, поэтому я открыла весь текст. – “Подниму на ближайшем заседании Совета обсуждение этой проблемы, предложу новый закон об их свободе и защите. Хочу, чтобы ты участвовала в его разработке. С моими связями мы быстро добьемся положительного результата. И прости меня за вчерашнее, мне правда очень жаль. Я люблю тебя, Рей, и не хочу потерять”.

Стало мерзко. А ещё, очень тревожно.

Он слишком сильно цеплялся за меня. Такая настойчивость откровенно пугала. И чутьё подсказывало, что дело не только в уязвленным самолюбии.

Наступление Лейка началось рано утром. На выходе из дома меня ждал курьер с роскошным букетом роз и запиской. Я не стала читать её, и даже не прикоснулась к цветам. Этот поступок лишь усилил мою неприязнь. Ведь скандалить он пришёл лично, а извинения прислал курьером.

Не зря говорят, что тьма скрывается в мелочах.

Вальтер всегда тщательно продумывал широкие жесты, но именно крохотные, незначительные, на его взгляд, детали стали для меня переломными. И даже в этом сообщении главную скрипку играли именно мелочи.

“Хочу, чтобы ты участвовала в его разработке”.

Да плевать он хотел на несчастных оборотней! Но использовал любую возможность вернуть меня. И это сообщение было не предложением, а хитрой ловушкой. Ведь он не зря упомянул о своих связях.

Между строк легко читалось: “я могу помочь или сделать так, чтобы низшие никогда не получили защиту и права”.

Вальтер шантажировал, заставляя выбирать между принципами и помощью морфалам.

Я шумно выдохнула и зажмурилась, пытаясь подавить вспышку злости.

Для менталистов яркие эмоции могут быть опасны. Мне нельзя идти на поводу, нужно держать их в узде, а это непросто.

Ярость размораживала боль, и ледяной кокон, окутавший моё сердце после того, как Лейк отказался помочь Хель, стремительно таял.

Коммуникатор снова пискнул.

– Рей, можешь не прощать меня, но помоги всё исправить.

Боль в груди стала невыносимой. Часть меня хотела поверить ему. Не ради прощения, а чтобы доказать самой себе, что все эти годы я любила не чудовище.

Я отчаянно искала в нём хоть что-то хорошее, светлое… но всё, за что цеплялась, расползалось как прогнивший саван.

– Гадюка Победы… – прошептала, сжав коммуникатор. – Ты снова приполз не спасать, а побеждать.

Я - самая выгодная партия. Что пять лет назад, когда он только вернулся с войны, что сейчас.

Наверно, сейчас ещё более выгодная…

Старый император перед смертью долго и тяжело болел, и за это время вся власть перешла в руки Совета магов, Самоцветных орденов и драконьей гвардии. Но два месяца назад на престол взошёл новый правитель - девятнадцатилетний Райан Кейлор.

Поначалу его не воспринимали всерьёз. Но Райан сумел удивить, проявив недюжинную хватку и ум. Мой отец горячо поддержал молодого Кейлора и делал всё, чтобы бразды правления всецело оказались в руках законного владыки.

А Вальтер, видимо, собрался откусить побольше от этого пирога, и с помощью нашего брака приблизиться к императору.

Впрочем, не окажись он дрянью, моя семья и даже владыка могли бы выиграть от этого союза. Лейк имел огромный вес в Совете, ведь за ним стояли боевые маги. Поэтому я сильно переживала, позволит ли Райан расторгнуть помолвку, которую благословил ещё его отец?

– Меня вызывают к декану, я не могу говорить. Но если действительно хочешь помочь, подготовь законопроект сам. У тебя есть все возможности. Докажи, что для тебя важно именно это, – отправила ответ.

Я прекрасно понимала, что Совету сейчас не до морфалов. Маги делили власть.

Поэтому мой вызов стал резонансным и получил широкую поддержку в обществе. Для многих это шанс ударить по герцогу Джаренни и уменьшить его влияние.

А значит он пойдёт на всё, чтобы очернить меня и подставить.

Отец предупреждал, чтобы я была максимально осторожной. Но в Аметисте мне ничего не угрожает. А вот Лейка сейчас лучше не драконить. Я не хотела знать, как далеко он способен зайти в своей мести и попытке сломать меня.

Лучше на время затаиться и сделать вид, что я поддалась. Готова простить его, но просто набиваю себе цену. Так выгадаю время до Суда чести. А там, глядишь, этих подонков отчислят и наш декан Вэй Шу утвердит на Совете академий закон об ограничении Силы.

А дальше… что будет дальше я не знала.