Девушка удивленно обернулась:

– Завтра? Еще один учебный день.

– Это понятно. А что в нем будет такого, что Адриан, глядя на меня, источает яд и рассыпает угрозы?

Подруга села напротив и нахмурила лоб. А затем сообщила:

– Наверное, он про физподготовку.

– А что с физподготовкой? – не поняла я.

Эолалия терпеливо извлекла на свет листок с расписанием и выложила его передо мной.

– Смотри, – терпеливо начала она. – По пятницам на младших курсах физподготовка и тренировка по магии. Говорят, что учитель по физподготовке – просто зверь и выжимает из адептов все соки. Пятый курс с нее сегодня едва ли не приполз. 

– Но мне показалось, что Адриан говорил о магии, – возразила я.

– Так после нее тренировка по магии, - пояснила Эолалия. - Я слышала, сначала там что-то вроде испытаний, на котором учитель смотрит потенциал новых учеников.

Сердце мое упало. Я вспомнила свои более чем скромные результаты на тренировках у декана. И теперь их увидят все.

Эолалия озадаченно посмотрела на меня и попыталась успокоить:

– Ты чего? Все будет в порядке, ничего невыполнимого у первокурсников не попросят.

– Ничего невыполнимого для тех, кто вырос на Западе, – вздохнула я. 

– Думаю, тебе тоже не о чем волноваться, – уверенно произнесла она. – Учителя понимают, что ты не местная…

– Учителя-то понимают, но не Адриан, – мрачно сказала я. – А значит, любую мою ошибку Академия запомнит надолго. Его стараниями.

Я распрощалась с подругой и отправилась в свою комнату. Теперь даже мысль о том, что в выходные меня ждет прогулка по столице, не вызывала былого энтузиазма. Сначала придется пережить завтра и показать всем, чего я стою.

Льепхен спал в шкафу, свернувшись в клубок и накрывшись подолом одного из моих бальных платьев. На столике у кровати сиротливо засыхал хлеб от бутербродов. В задумчивости я распахнула окно и раскрошила его на подоконник. Раз уж Лютик жалует исключительно колбасу, покормим птичек… А вот чем кормить моего нового приятеля, так и осталось неизвестным.

С ужина снова пришлось тащить колбасу и котлеты. Скармливая Лютику очередную порцию, я поняла, что носить еду в комнату слишком подозрительно. Придется рискнуть и сделать вылазку в кладовую. Но уже не сегодня. Завтра ночью, когда часть преподавателей отправится в город на выходные.

Может быть, в городе мне удастся решить свою проблему и купить еду для моего чешуйчатого друга? Знал бы дядя Вестейн, куда я собираюсь потратить деньги…

В пятницу меня разбудила служанка. Оказалось, для физподготовки выдавали специальную форму. Серые мешковатые штаны из плотной ткани, такую же серую рубашку и куртку с капюшоном. К ним прилагались невысокие сапоги с жестким голенищем. После завтрака я натянула на себя все это великолепие и встала перед зеркалом. Выглядела я вовсе не аристократкой, но костюм не сковывал движений и казался удобным. 

Повинуясь порыву, я стянула волосы в узел на затылке. На Севере светлые волосы ценились меньше, чем белые, но их все равно было не принято заплетать и прятать. Так что ощущения были странными. Лютику мой новый наряд тоже не пришелся по вкусу. Льепхен растянулся на постели и подозрительно принюхивался. Завтрака ему не досталось, и теперь большие грустные глаза были устремлены на меня. 

Во взгляде зверя был немой укор. Еду не принесла, странные вещи напялила… Горе, а не хозяйка.

– Ночью раздобуду тебе еды, – пообещала я. – А в выходные смогу купить что-то в городе.

С этими словами я погладила чешуйчатый лоб и вышла из комнаты.

Двор Академии встретил нас дождем. Я набросила капюшон куртки и пошла следом за Тито и Эолалией, одетых в такие же серые костюмы. Подруга объяснила мне, что уроки физподготовки проходят на специальном полигоне. Одном из тех, которые располагались с внешней стороны Академии.

Мы выстроились в шеренгу под непрерывной моросью. Серое небо навевало тоску. Тем больше я удивилась, когда на краю плаца показался преподаватель. 

Невысокий, полноватый мужчина горбился и опирался на клюку. Морось не заставила его надеть плащ. Капли падали на сюртук винного цвета, отчего тот казался темнее. Наполовину седые волосы незнакомец собрал в куцый хвостик, а из-под таких же седых кустистых бровей на нас смотрели внимательные зеленоватые глаза. Крючковатый нос и тонкие губы завершали картину.

Глядя в лицо этого человека, я отчего-то сразу подумала, что на его уроках просто не будет. И, несмотря на кажущуюся немощь, в том, как он сжимал клюку чувстовалась сила. Магия. 

Судя по тому, как притихли адепты, многие из них знали учителя. Тот обвел шеренгу взглядом и прокряхтел:

– Что ж, господа и юные леди… Для тех, кто не знает, меня зовут Мэльволайо Грасси. Я буду преподавать у вас физподготовку и практическую боевую тактику, которую вы имеете глупость называть общей магической тренировкой.