Его рассказ не произвел на меня должного впечатления. Страшно не было, а на границе сознания замаячила смутная догадка. Я продолжила расспросы:

– Если после смерти хозяина их убивают, как этот льепхен оказался в зверинце?

– Понятия не имею, – пожал плечами Бланко. – Скорее всего, сонна убили во время стычки, а зверь уже был ранен, и его удалось поймать. Он уже несколько лет живет здесь. Вас же надо учить не только на чучелах. И благодаря тебе столь ценный экспонат утрачен!

Декан попытался вернуться к бумагам, но я задала следующий вопрос:

– Но разве он будет нападать на людей просто так? От меня он только убегал.

– Тебе повезло, – буркнул декан. – Хватит болтать, за работу.

Я послушно взяла в руки следующий документ и спросила как бы невзначай:

– А что за блюда готовят сонны для своих льепхенов?

– Откуда мне знать? И почему ты спрашиваешь?

 Бланко насторожился, а я тут же сделала невинное лицо и сообщила:

– Да всего лишь интересно, чем вы кормили бедное животное? Наверное, какой-то дрянью, раз я смогла  его подманить колбасой.

– Да кто его знает, – пожал плечами декан. – Чем придется, тем и кормили.

– Вот поэтому он и удрал, -- уверенно сказала я.

Бланко внезапно подался вперед и поймал мой взгляд. Я снова как завороженная смотрела в его глаза. А декан жестко произнес:

– Никаких самостоятельных попыток поймать эту тварь, ясно? Без тебя разберемся. Кроме того, я уверен, что льепхен уже выбрался с территории Академии. Теперь это проблема городской стражи.

Я покладисто закивала. Знал бы он, что Лютик уже обосновался в моей комнате… Но, надеюсь, мне удастся сохранить этот секрет. Вот только Бланко не рассказал мне, чем питаются льепхены. Придется поддерживать котлетно-колбасную диету. А может быть, он и сам будет охотиться на кого-нибудь? Птички же сюда наверняка залетают.

Вот только почему я чувствую, как будто что-то упустила? 

На этот раз я закончила работу до ужина и побрела в комнату. По пути я продолжала обдумывать слова декана. Льепхенов почитают… Льепхен всегда служит одному человеку… Льепхена убивают, если умирает хозяин… 

Догадка оказалась настолько очевидной и при этом невероятной, что я застыла на пороге общежития, уставившись в пустоту. Хранители слишком мало знали о байлангах - боевых псах стражей, которые жили на Севере. Наверное, поэтому им не приходила в голову эта мысль. 

Байланги связаны со стражами, и когда хозяин умирает – пес перестает есть и погибает от голода. Или сходит с ума. А жизнь байланга – жизнь его хозяина, и стражи защищают своих крылатых друзей до последнего вздоха. Вот только между псом и хозяином есть мысленная связь, и каждый байланг выбирает хозяина, кусает его. У меня же никакой связи с льепхеном нет. Правда, иногда он меня слушается. Да и он меня не трогал ни при первой встрече, ни позже… А вот я его – да!

Я посмотрела на свои ладони. Едва заметные царапины напоминали о том, что случилось той ночью. Что, если?..

Грубый тычок между лопаток заставил меня отвлечься от размышлений. Я едва устояла на ногах и услышала за спиной злой голос:

– Что встала на проходе?

Адриан! 

Я развернулась и оказалась нос к носу с “дорогим родственником”. За его спиной возвышались еще два моих однокурсника. Михель и Северо… Знатностью рода они не блистали, но были готовы биться за место под солнцем вместе с Адрианом. Теперь все трое ухмылялись, глядя мне в глаза. 

– Не твое дело, – огрызнулась я.

Адриан только фыркнул в ответ:

– Завтра пятница. Посмотрим наконец, чего ты стоишь, Марта. Точнее, завтра все узнают, что ты не стоишь ничего, и магии у тебя пшик.

Он бросил на меня презрительный взгляд и пошел прочь. Последние слова Адриана меня изрядно озадачили. И что же такого будет завтра?

Я поднялась на свой этаж и, поколебавшись, направилась в комнату Эолалии. Она наверняка знает, что ждет нас завтра.

Глава 8. Самый главный предмет Академии

Эолалия открыла сразу. Меня она явно не ждала. Брови подруги поползли наверх, а я тихо сказала:

– Мне нужно кое-что узнать.

Девушка посторонилась, пропуская меня в комнату. Ее жилище ничем не отличалось от моего. Взгляд сразу зацепился за простое и красивое платье, разложенное на кровати. Я вспомнила про свой гардероб и спросила:

– Намечается какой-то праздник?

Девушка немного удивленно сказала:

– Нет. Но по выходным разрешается выходить в город. Мы с Тито хотим прогуляться. Пойдешь с нами?

Я задумчиво протянула:

– Прогуляться по столице Запада?

Эолалия лучезарно улыбнулась:

– Ты же ни разу не была здесь? Мы с Тито можем показать тебе город. Думаю, здесь не хуже, чем в столице Северного герцогства. И по магазинам пройтись можно.

Конечно же, я была согласна! Эта мысль меня так воодушевила, что я едва не забыла, зачем пришла. Только когда Эолалия убрала платье в шкаф, я села в плетеное кресло у окна и спросила:

– А что будет завтра?