Лэнс оказался в ловушке, прижатый спиной к стене. Азриэль держался рядом и следил за каждым его движением. Тарикс приближался, мерзкое создание жаждало крови, но Лэнс бился как проклятый. Мне почти чудилось, что в ответ на схватку по венам снова грохочет кровь, а давний воинский инстинкт просыпается во всю мощь. Что бы я отдал за возможность сражаться рядом с Лэнсом и дочерью, наносить собственные удары и упиваться кровавой победой. Ни с чем не сравнимое возбуждение. Хотя им грозила опасность в гуще боя, их природа фейри расцветала, и я верил, что они одолеют врагов. Они достаточно страдали и долго ждали именно этого мгновения, чтобы обрушить на мир ярость за свое заточение.

— Давай, сын! — взревел я Лэнсу. — Покажи ему ад!

— Сын? — Азриэль вскинул бровь.

— Для меня он именно сын, Азриэль, — яростно ответил я.

Он подошел ближе и сжал мою руку.

— А Гвендалин для меня дочь, — сказал он.

Мы коротко улыбнулись друг другу и снова повернулись к битве.

Лэнс отбросил теневую фигуру Тарикса потоком воздуха. Чудовище снова обрело телесный облик и рухнуло на деревянный стол в другом конце комнаты.

Лэнс обратил внимание на оружие, развешанное по стенам, и поднял руку, призывая одно из них. Я влил свою силу в его магию и заставил выбрать мой меч, а Азриэль удивленно на меня посмотрел. Клянусь звездами, как же я скучал по этому клинку из обсидианового металла. Его близнецом был белый меч, когда-то принадлежавший Мериссе, а теперь оказавшийся у нашей дочери. Мы сами выковали эти клинки на горе Игнолия с помощью самого прославленного кузнеца во всей стране. В них была вложена наша сила, их коснулась даже магия наших Орденских даров, и при виде того, как Лэнс взял мой меч, грудь распирало от гордости.

— Ты даже мне никогда не позволял им владеть, — заметил Азриэль.

Я пожал плечами и ухмыльнулся ему.

— Коснись созвездия Гидры, чтобы зажечь огонь, — крикнул я Лэнсу.

Словно услышав меня, он так и сделал, и вдоль лезвия вспыхнуло пурпурное пламя.

Я застонал от желания еще раз взмахнуть этим мечом, охваченный собственническим чувством. Но если клинком предстояло владеть другому, Лэнс был одним из первых в моем списке.

— Преврати его в ничто, — подбодрил я, повторяя зловещую улыбку Лэнса.

— Надеюсь, вы смотрите, сэр. Потому что я сражаюсь за Вега, — сказал Лэнс.

Сердце дернулось: эти слова предназначались мне. Он знал, что я здесь, или хотя бы подозревал. Я встал у него за спиной, положил ладонь на плечо и отдал всю силу, какой мог поделиться.

— О да, я смотрю. Отличный выбор, — с мрачным смехом ответил я.

Азриэль тоже приблизился, чтобы поделиться силой, и посмотрел на меня до тошноты сентиментально.

— А теперь напомни, почему звезды выбрали именно тебя в пару моей дочери.

— Вперед, Ланселот! — завопил Азриэль.

Лэнс с жадным рвением ринулся в бой, но я увидел всего пару ударов, прежде чем время подхватило меня и швырнуло вперед, оставив Азриэля с Лэнсом.

Вокруг вихрем закружились образы Гвендалин, которая сражалась с Теневым Зверем в коридоре над оружейной. Ее отвага не знала границ, когда она пыталась уничтожить чудовище, так долго державшее ее в плену. Вместе с женой я подбадривал дочь, а когда она вонзила меч Мериссы глубоко в грудь твари, с благоговением смотрел на ее победу.

Не успел я задуматься, что случится дальше, как из едва живого зверя хлынула магия. Стихии Гвендалин внезапно вернулись к ней со взрывом силы, который сбил ее с ног.

— У нее получилось, — произнесла Мерисса, и голос дрожал от чувств.

Я подошел к жене и обнял ее за плечи, ощущая, как искры непревзойденной силы нашей дочери проникают сюда и пляшут по нашей коже.

Из зияющей раны в груди Теневого Зверя вылетел прекрасный Феникс и скользнул в тело Гвендалин, и я едва не сломался от радости. Ее Орден восстановился. Сила в ее венах бушевала так яростно, что Дворец Душ дрожал от нее.

Поднявшись на ноги, она двинулась прикончить Теневого Зверя. Я подгонял ее, подкрадываясь ближе за спиной.

— Бей точно, моя малышка, — прорычал я.

Но Гвендалин заметила ошейник из теней на шее зверя и перерубила его.

— Он тоже был пленником Лавинии, — ахнула Мерисса, осознав правду.

— Это чудовище, — неверяще произнес я. — Убей его, пока есть возможность, Гвендалин!

Время снова дернулось и швырнуло нас в другую комнату. Мы оказались с Габриэлем в королевской Палате Провидцев. Лэнс и Дарси бросились его освобождать, а я подгонял их и всей душой надеялся, что сегодня они сумеют вырваться из когтей Лайонела и Лавинии. Следом за сыном возник Азриэль, и Мерисса торопливо сообщила ему, что Гвендалин вернула свою силу. Он онемел от счастья.

Габриэль протянул руку и коснулся щеки Гвендалин. На его губах появилась улыбка, а взгляд наполнился знанием.

— У тебя получилось.

— Получилось, — выдохнула Мерисса с облегчением, и я снова улыбнулся.

— Да, — с улыбкой подтвердила Гвендалин, помогая Габриэлю подняться. — А теперь нам пора.

— Да, теперь нужно спешить, — прорычал я.

— Никаких отклонений. Просто уходите отсюда, — настаивал Азриэль.