Наши спальни находились не вплотную, как это было в Корстоке, и я не могла его услышать, унюхать или уловить иным образом, но была уверена в своей правоте. Он здесь. Знаю. Чувствую. На что угодно готова поспорить.

Подскочила, закуталась в плед, выбежала в коридор, трижды стукнула в дверь и, не дожидаясь ответа, заглянула в мужские владения.

— Ты вернулся!

Рванула к дракону через всю комнату, только на полпути сообразив, что нарушаю все мыслимые и немыслимые правила. Попыталась остановиться. Запнулась. Упала в объятия подскочившего дракона, ударившись носом о грудные мышцы.

— Твёрдый какой, — простонала, потирая ушибленную часть тела о «камень преткновения» — ту же мужскую грудь, в которую уткнулась.

— Ты своим любопытным носом чуть дыру во мне не проделала, — попенял Рейган шутливо, будто и не было той ссоры. — Соскучилась?

— Возможно, — произнесла, выпрямляясь в его руках, но не делая попытки отодвинуться. С ним было спокойно и тепло. И мысли, что я веду себя неподобающе, напрочь выветрились из головы.

— А я скучал.

— Неужели Амира потеряла хватку? Я думала, ты вернулся ко мне, чтобы отдохнуть от её проделок, — произнесла, стараясь не рассмеяться. Мир вновь играл яркими красками, хотелось веселиться и танцевать.

— О, она закатила такую истерику, что я действительно рад был сбежать из Роанадара, — негромко рассмеялся мужчина. — Узнала, что я был в храме богини любви без неё, орала так, что треснула любимая мамина ваза.

— Какая капризная девочка.

— Амира ещё ребёнок и не всегда способна справиться с эмоциями. Она, конечно, считает, что я не прав.

— Конечно–конечно. Она уже взрослая и самостоятельная, — хмыкнула понятливо, хотя на фразе про эмоции почувствовала укол совести. Уж кому бы молчать про эмоции, так это мне. Сама недавно вела себя, как истеричка.

— В точку, — заметил Рейган, притягивая меня к себе. — Итак, я верно понял, что прощён за то, о чём не думал и чего не делал, но в чём был несправедливо обвинён и заочно приговорён?

Попыталась высвободиться из захвата, но меня надёжно удерживали, не давая пространства для маневра.

— Я немного погорячилась, извини. Но ты тоже хорош, мог бы мне хоть что–то сказать. Держишь в неведении и получаешь то… что получаешь, — попеняла мужчине.

— Здесь я действительно виноват.

— Естественно! — фыркнула, утыкаясь носом в широкую мужскую грудь и так и замирая. Тёплый такой, приятный. И пахнет вкусно. — Прости меня, Рейган. Я не специально, честно. Я обычно могу сдерживаться, просто становлюсь более вредной и язвительной, но тут что–то нашло. Мне очень стыдно.

— Ты устала. Путешествие на драконе — не развлекательная прогулка, особенно столь долгое. Ещё и магии на подлёте мне отдала столько, что удивительно, как на ногах держалась. Девушки хуже переносят магическое истощение, ты же знаешь.

— Это не оправдание, — вздохнула я, ещё сильнее прижимаясь к мужчине и буквально захлёбываясь чувством вины из–за случившегося. Если бы он отнёсся не с таким пониманием, я бы включила вредину и пережила непростой разговор спокойнее, может, вновь возложила часть вины на него. Но тут… я не могла так поступить. — Почему ты такой хороший? — спросила недовольно. Но тут же осознала, что поддаюсь его воспитательным методам, уточнила: — Изредка.

— Ты не заболела? — встревожился Рейган и, немного отстранившись, коснулся моего лба губами. — Вроде, не горячая. Не пугай меня так, Эстер, я не привык, что ты милая и ласковая.

Рейган смешно округлил глаза, заставляя меня улыбнуться.

— Как довести дракона до инфаркта? Стать нежной барышней, — хмыкнула я на его ужимки. — Можешь не переживать, у меня всё равно не получится.

— Ты себя ещё плохо знаешь.

— Ой, не говори так, будто ты меня знаешь лучше!

— В некоторых моментах — вполне вероятно, но в остальном мне лишь предстоит узнать тебя, — удивил мужчина дипломатичным ответом. — Но сегодня мы не будем ни о чём спорить, хорошо?

Длинные пальцы зарылись в мои взлохмаченные волосы, помассировали затылок. Я совсем распласталась на мужчине, пригреваясь и… засыпая. Когда я открыла глаза, поняла, что нахожусь в своей спальне, заставленной самыми разными цветами.

— Доброе утро, — жизнерадостно поприветствовал меня Рейган, без стука вторгаясь в девичье пространство с ещё одним букетом.

— А-апчхи! — ответила ему с вытаращенными покрасневшими глазами. — А… а чего это вдруг?

— Понял, что никогда не дарил тебе цветы.

— И подарков не делал, — произнесла, натягивая одеяло на грудь. Потрясла головой, пытаясь проснуться. — Ой, извини, это невежливо. Саватор — всем подаркам подарок. А за телепортационные камни — отдельное большое спасибо. Мне ужасно неловко, что я извела их на такие глупости, не знаю, как…

— Это не романтичные подарки, так что они не считаются.

— А ты хочешь делать мне романтичные подарки? — Я вытаращилась на дракона, который сиял, словно начищенный золотой.

— Думаешь, не заслужила? — подколол мужчина.