— Попрошу кучера выкопать, — говорит она. 

При мысли о том, чтобы уничтожить этот росток, в груди становится тесно, как будто я могу что-то потерять. Неприятно. Вон какая у него жажда жизни: и сам закопался, и вырос быстро. Не могу отделаться от мысли, что что-то не совсем так с этим семенем дракона. Но, как говорится, подумаю об этом завтра, а сейчас у меня и без этого дел по горло. 

— Нет, тетушка Ли, пусть растет. Хотя бы для интереса.

— Идем, закончим завтрак, да я тебе что-то из одежды дам. А то не дело это, в сорочке по улице ходить, вдруг кто-то из деревни придет, да даже если наш кучер выйдет. 

Правильно! Сама-то уже одета в простое строгое платье, только прическа чуть растрепалась от охоты за Чесом да от переживаний о подсолнухах. А я выскочила, как была, потому что мне мыша надо было спасать. Мастер он влипать во всякие дела. 

Когда мы подходим к флигелю, мне на глаза попадается небольшой огородик, который, похоже, выращивает Лира. С интересом разглядываю, что в нем есть: мне же еще новый бизнес-план придумывать, откуда тут деньги брать. 

Редис торчит из земли налитым розовым бочком, на плетях нарастают огурцы-пуплята, а на раскидистых кустах помидор краснеют сочные плоды. 

Так… Стоп… Я застываю на месте. 

По воспоминаниям Адалии сейчас только-только начало лета. Я точно помню цветущую сирень по дороге сюда. А это все указывает не меньше, чем на середину лета!

— Тетушка Ли, — останавливаю я ее и  указываю на огород. — Это тоже магия?  

— Где? А, это, — похоже, до нее доходит, что именно меня смущает. — Так это земля тут такая. За лето можно пару, а то и тройку урожаев собрать. 

— Какая прелесть… — выдыхаю я, не понимая, что чувствую: то ли радость, что все очень классно, то ли примерное осознание, какие проблемы это может за собой тащить. 

— Так поэтому Марта в таверне сначала и хотела тебя прогнать, — говорит Лира. — Знаешь, сколько охотников “помочь слабой женщине” и завладеть этой землей? 

Да уж представляю. Как и то, что даже теперь, когда появилась я, меньше таких желающих не станет, может, даже больше. Еще и в женихи набиваться будут. Лесом всех, лесом. 

— Крестьяне местные мне приносят молоко, сметану и яйца в обмен на землю, — произносит тетушка Ли, заходя в дом. 

Точно! Теперь я поняла, что меня смутило в деревеньке, пока мы сюда ехали! Там были очень пышные огороды, как будто их обильно удобряли. Так вот что это за удобрение. А хороша идея. Но наверное, не стоит того, чтобы раскидываться землей. 

Тут надо хорошо подумать и найти земле у себя применение. Судя по тому, что я видела, пока мы спускались к реке, тут просторы большие и совсем не ограничиваются особняком и садом. Значит, можно засеять чем-то. Главное, решить чем. 

Тетушка Ли выдает мне платье, в котором было бы удобно взяться за работу в особняке, так как именно это кажется логичным сейчас. Мы снова садимся пить чай. 

— Ну что же, Адалия, — становится серьезной Лира. — Ты пока тут осваивайся, но на днях нам придется выехать в ближайший город до нотариуса. Мне нужно передать тебе поместье.  

— Ближайший — это Валерон? — напрягаюсь я. — Тогда можно сразу переписывать поместье на мою мачеху, потому что нотариус с ней в сговоре. 

Лира мрачнеет и думает. 

— Ты права, нужно искать другой выход. 

— Или пока ничего не менять, — предлагаю я. — Чтобы никто пока что не знал, где я. 

— Надолго ли моего здоровья хватит? — кажется, сейчас она озвучивает именно то, что ее беспокоит больше всего. — А если что случится? 

Мне ли не знать, как это бывает непредсказуемо? Живешь, имеешь планы и надежды, а потом… Дзынь! И все разбивается как зеркало, осыпаясь осколками. Все, что остается — смотреть в пустую раму, вспоминая, как оно было красиво. 

Но именно это и научило меня ценить каждый миг и каждый шанс. 

— Мы со всем справимся! — улыбаюсь я ей. — Теперь нас уже двое. 

Тетушка Ли благодарно смотрит на меня. И это она не учитывает тот факт, что у нас есть Чес! С ним не только все получится, но еще и скучно не будет. Кстати, Лира все еще не знает про сломанный сарай… 

С улицы раздается цоканье и лошадиное ржание. Лира хмурится, обреченно качает головой и вздыхает, а я кидаюсь к окну и вижу, как к флигелю, чуть ли не затаптывая копытами огород, подъезжает потрепанный жизнью мужик. Он, слегка покачиваясь, слезает с коня и кричит:

— Тетка! Я приехал! Накрывай на стол!

Глава 15. О гадах и гадинах

Ну чисто Винни Пух: “Сова, открывай! Медведь пришел!”

 А ответить ему хочется как Кролик, что дома “совсем никого”. Но есть подозрение, что это племянничка не остановит. 

 — Эй! Кучер! — продолжает орать этот идиот. — Забери коня! А! Чего тебя звать-то, олуха, ты ж глухой! 

 Это все завершается его пьяным смехом и тем, что он чуть не падает на помидоры. Вот если бы упал, ей-богу, отходила бы его кочергой.