— Ну хоть улыбнись мне что ли? — напряженное лицо, настороженный взгляд, уже всерьез начинают волновать. — Ничего же не изменится. Вернее, изменится, конечно. Теперь все будет только лучше. Между нами и вообще. Никому тебя не позволю больше пугать. Ни Дэму, никому на свете. Слышишь? Да не молчи ты! 

— Не стоит обещать того, что не можешь выполнить. 

— Вы что же сомневаетесь во мне, миледи? — наигранно весело, как повелось между нами с самого начала, поддеваю ее, вновь заглядывая в глаза. — Это обидно, между прочим, — беру ладони в  свои руки. Прохладные, хрупкие и такие нежные, поглаживаю едва-едва пальцами. — Это из-за Дэма, да? Никогда не сомневайся в своем мужчине, энтле. Может, я  едва перешагнул порог совершеннолетия, но ни один дракон в мире не позволит обидеть свою ла-у. 

Какой недоверчивый взгляд! Кристин говорила, что в ее мире мужчины другие. Что давно уж разучилась им верить, и что не было у нее никогда защитника. Как я злился на тот мир за ее тяжелое детство. Мог бы туда отправиться – сжег бы его до тла за все, что она там натерпелась. За обиды, за слезы. 

— Идем скорее, — улыбаясь, должно быть, как спятивший, веду ее к источнику, но у самого  края, Кристин замирает, окаменев. 

— Нам надо напоить друг-друга этой водой, энтле. Она укрепит нашу связь и тогда скоро появятся руны. Давай, ты первая.

Кристин смотрит на воду и отчего-то делает шаг назад. Не понимаю, что с ней сегодня такое. Может, она тогда всерьез говорила, что не хочет замуж за принца? Все вот это про обязательства и дворец? 

– Ты не хочешь быть женой принца, да? – отрицательно качает головой, снова смотрит на воду и молчит. — Я же говорил тебе, ради своей ла-у я на все готов. Откажусь от наследования, хочешь? Выйду из семьи. Да хоть сбежим вместе куда глаза глядят! 

Сам, первый наклоняюсь, в подтверждение заверений зачерпываю воду в ладони, бережно подношу к ее губам. 

– Хочешь на родовом источнике поклянусь, что ради тебя против всего мира пойду если надо? Вот смотри, — призываю в свидетели родовую магию. Руны по стенам вспыхивают, отбрасывая на ошеломленное ее лицо цветные блики. 

Ты что же, Кристин, думала я шучу? 

— Клянусь своей силой и именем правящего дома Уэмбли, что отдаю свою жизнь и всего себя своей ла-у. Обязуюсь защищать и быть верен, пока Рангун не призовет меня в свои небесные сады. 

Руны кружатся вокруг нас воронкой. Если бы отец узнал, убил бы. Про Дамиана и думать страшно. Правильный старший брат никогда бы не принес такой клятвы, пока не образуется прочная связь на обеих руках. Но я не они. Я столько ждал истинную. Что такое вязь, когда я душой чувствую – вон она моя судьба, мое небо и смысл моей жизни. Меня никогда так ни к кому не тянуло, как к этой странной, такой непохожей на всех остальных девушке. 

– Ну же, пей. Теперь ты мне веришь? — неуверенно кивнув, она склоняется к воде и делает несколько жадных глотков. Золотистые росинки магии блестят на влажных губах и хочется снять их своими губами, скрепляя этот союз. Тянусь к ней за поцелуем, но когда губы наши соприкасаются, Кристин вдруг исчезает, оставив после себя только легкий туман. Не понимая, куда она подевалась, верчу головой, как потерянный. 

–Кристин! Вернись! Ты тоже должна меня напоить! Кристин?! 

Голос отражается от стен пещеры, звенит и насмехается, но моей ла-у нигде нет. Как ей далось сбежать и, главное, зачем?

Глава 6

Кристин 

Меня выплёвывает, а иначе сказать и нельзя, за пыльной гардиной небольшой комнатушки, где уже собрались все девушки, которым посчастливилось побывать в лабиринте, но так и не добравшихся к принцам. А возможно, есть еще одна счастливица, кроме меня, ведь кто-то же мог добраться и к Ричарду? 

Переведя судорожный вздох, дрожащими пальцами цепляюсь за стены, соскребая короткими ногтями шелкографию на обоях. Пытаюсь вести себя тихо, но выходит весьма плохо, единственное, что спасает – бурное обсуждение кому и какие подарки достались в качестве утешения. Кому что, а мне бы мир перестал шататься, переплетая в причудливые сюжеты прошлое, настоящее и какие-то странные, совершенно сюрреалистические зарисовки. То ли прошлое, то ли будущее… дети какие-то, слишком угрюмые и совершенно не милые... Бурлящие потоки воды, я как будто тону… или меня топят… и странный до боли знакомый шепот: “защити меня”.

Сглатываю вязкую слюну, все еще чувствуя капли магического источника, что подарив свою живительную силу, выжигают нутро, как будто я проглотила плошку с раскалённым железом. На глазах появляются слёзы.

О нет. Нет. Нет. Макияж же! Мне точно нельзя плакать. Какой бы универсальной ни была сила волшебной пыльцы, против чёрных кругов под глазами, уверена, она бессильна. А водостойкие варианты косметики, насколько знаю, в Эстинии нет. 

Закусив губу, сдерживаю стон боли. Голову простреливает от виска к виску, огненная нить истинности и тянет как-то совершенно по-особенному откликаясь ответным натяжением. Как будто теперь не только меня тянут, но и я ответно притягиваю… ЕГО. Что за чертовщина?!