— Да, — переспросил Эдвард, от возмущения стремившийся к идеальной форме пушистого шара, — как?!

— Ну как-то так… — уныло ответил полудемон.

«Как-то так» выглядело как огромнейшая герцогская кровать, которую вынесли из покоев, а теперь никак не могли занести обратно.

Она удивительным образом не влезала в дверной проем.

— И что нам теперь делать? — вздохнула я печально, представляя, как уставший Рейнард вернется после очередной охоты на какого-нибудь местного дракона, а его кровать стоит в холле замка.

— Нам? — возмутился Эдвард. — Прошу заметить, что я в этом не участвовал!

— Да ты что? — удивилась я. — А кто тут скакал, и прыгал, и руководил процессом транспортировки?

— Вот именно! Руководил! — заюлил пушистый паршивец. — И ни в коем случае не участвовал! Руководителей вообще нельзя привлекать к ответственности. Мы руками ничего не делаем, только водим!

— У тебя лапы, — напомнил Азал.

— Водил лапами! — быстро сориентировался Эдвард.

— Так его злодейшеству и скажем: а этот ушастый водил лапами, — покивал Азал.

«Этот ушастый» жалобно застонал, виня всех в несправедливости мира.

— Так, ну-ка перестали переругиваться, — скомандовала я, поморщившись. — Это всего лишь кровать, ее не выпилили же целиком из дерева. Значит, можно разобрать, занести и собрать. Всех дел на двадцать минут!

— И эта женщина дипломированный бытовой маг… — пробормотал Эдвард так громко, что я при всем желании не смогла бы прослушать.

— Что тебе не нравится? — нахмурилась я.

— Это древняя, практически антикварная кровать! Наверняка на ней сто тысяч заклинаний навешано всяких!

— Для сна? — удивилась я.

— Ага, для сна, — оскалился Азал. — И для его результативности.

Рогатый полудемон и наглый тушканчик противно заржали, но пояснять шутку отказались. Азал вообще заявил, мол, хочешь узнать подробности — спроси у герцога.

— Вот совсем не хочу, — отрезала я.

— Жа-а-а-а-аль… — со вздохом протянул командир.

— Ну так и чем вам мое предложение-то не нравится? — нахмурилась я.

— Тут нужен столяр, — снизошел до пояснений Эдвард. — А лучше — реставратор.

— Еще скажи, что они только в столице есть, и тогда нам точно конец, — помрачнела я.

— Угу, — нервно повел ушами тушканчик.

— А как же старик Адол? — вдруг спросил полудемон.

— Адол? — оживился Эдвард. — Адол может помочь…

— Но? — спросила я, чувствуя подвох.

— Но характер у него отвратный, — честно признался Азал.

— На уговоры поддается слабо, — подтвердил Эдвард.

— Пф! — отмахнулась я.

Тоже мне проблема — старик со скверным характером. Это ему просто еще я не попадалась! А я умею быть удивительно убедительной, особенно когда под попой разгорается черное магическое пламя мужчины, оставшегося без кровати в собственном доме!

53

Впрочем, когда я увидела местное средство передвижения, задор мой поубавился. И я как-то сразу вспомнила, что у нас в замке есть универсальное средство по движению недвижимого: коридоров, окон, стен… дверей, опять-таки.

И пока Азал с солдатами седлали — мама дорогая! — ездовых виверн, я тихонечко улизнула в замковый подвал.

— Привет! — поздоровалась я с сердцем замка, которое за прошедшее время стало сиять ярче и биться задорнее. — Как ты тут?

Ажурная сфера приветственно крутанулась, отчего на стенах затанцевали неровные тени и обрывки света. Поскольку я минимум раз в день заглядывала поболтать с замком, то теперь в зале появился уголок моего отдыха. Сначала это был просто пледик, который я подстилала под попу, пока сидела на каменном полу, потом пуфик, потом вместо пуфика кто-то из солдат приволок приличное кресло, затем уже я скомандовала притащить стол. На стол легла ажурная скатерть из запасников госпожи Арханы, а чтобы придать оживленности местечку, неделю назад я принесла вазу с цветами, которые горничные почти не забывают менять.

— Думаю, что где-то в кладовых есть пара пейзажных картин, нарисованных одним из владельцев замка до того, как его окончательно поглотило безумие. Хорошо бы их перевесить сюда.

— Все найденные картины будут приносить тебе для выбора! — тут же предложила я и начала издалека подходить к образовавшейся проблеме: — И, знаешь, вот хотела узнать, не можешь ли ты помочь мне с одним дверным проемом?

Но вместо того, чтобы расспрашивать про детали или продолжить болтать на отвлеченные темы, замок заявил:

— Не могу.

Я аж растерялась.

— Почему это?

— Во-первых, не могу, — повторил замок. — А во-вторых, не хочу.

— Нет, ну это вообще возмутительно! — Я уперла руки в боки. — Рейнард вернется, а у него кровать в коридоре! Вот что он сделает в этот момент?

— Да, что? — ехидно переспросил замок.

— Придет по мою душу! — воскликнула я.

— Сочувствую, — отозвалось это вредное создание без капли сочувствия в голосе.

— Издеваешься, да? — нахмурилась я.