Имя свое пришлось повторять несколько раз, но постепенно стало очевидно, что запомнить и повторить его девочка совершенно не в силах — слишком оно было ей чуждым, что наводило на мысли, что я совсем не в ближнем зарубежье.

— Зови меня Аля, — наконец, предложила я.

— Аля, — счастливо повторила девочка и опять выученно поклонилась. Я в ответ кривенько кивнула и со стонами поднялась на ноги. — Что же нам теперь делать? — выжидающе посмотрела на меня Мия. — Где искать людей?

— Нам нужно обсохнуть, а не то заболеем. Пойдем-ка, нам нужно снять мокрую одежду, отжать ее и по возможности высушить.

— Мы что, и костер разжигать будем? — с какой-то необычайной радостью спросила девочка.

— Боюсь, что нет. Мне нечем, — я растерянно похлопала себя руками по карманам.

При мне почти ничего не было, только ключи от дома да разряженный промокший теперь мобильник. Чехол с крышкой защитил экран от трещин, но вряд ли он выдержал купание, но я все равно сунула его обратно в карман. Глянула на себя растерянно: дутые спортивные штаны, короткая зимние куртка для тренировок, под ней теплый свитер и футболка, шапка и шарф куда-то улетели, вероятно, в воде. Я в таком наряде ходила зимой делать зарядку в парке. А почему я в таком же виде в теплое время года оказалась? В каких-то горах? И вообще — что это за место?

Спрашивать Мию не решилась, чтобы опять не расстроить. Боюсь, если она расплачется, то устанет и из помощницы мне станет обузой.

— Я, наверное, смогу разжечь огонь. Если осторожно, — сосредоточенно нахмурившись, произнесла девочка.

«У нее зажигалка есть? Ох, современные детишки», — мелькнуло в голове. Впрочем, мне это на руку.

— Тогда нам нужно будет собрать какой-нибудь хворост — сухие ветки, — задумчиво произнесла я, оглядываясь по сторонам.

Погода была неплохая, по-весеннему теплая, солнышко припекало, но от воды веяло холодом. Мия немедленно начала оглядываться по сторонам и подбирать ветки, в основном мокрые, но я не стала ее останавливать — занят ребенок. А мне нужно подумать и попытаться вспомнить, где мы и куда теперь идти. Я поднялась выше на берег, понадеявшись, что там будет дорога, но нет, места были совершенно дикие. Горы. Что это могут быть за горы?

— Ой, что это? — Голос Мии колокольчиком зазвенел над рекой. Она прыгала по камням у самой кромки воды, и я насторожилась.

— Иди сюда, не дай бог опять в воду упадешь! — позвала я.

— Это обувь? — выпрямилась она, уже держа в руке мой кроссовок, который унесло рекой. — Странная. Так простолюдины ходят?

«Что за выражения у ребенка? Хотя, может, это я плохо понимаю язык, на котором мы говорим?»

— Дай-ка мне, — попросила ее, и девочка резвой козочкой подбежала ко мне.

Действительно, мой кроссовок, даже не порвался почти. Кое-как отжав обувь, надела на ногу в царапинах. Идти сразу стало легче и удобнее, хотя в кроссовках хлюпало, но хоть я не боялась наступить на острый камень или сучок.

Мы разоблачились насколько это было возможно. Я осталась в лосинах, которые почти высохли на теле, и футболке, а на Мие оказалось два халата: верхний, по ее словам, из шелка, розовый и расшитый цветами, и нижний из тонкого батиста. Под ними на ней была белая маечка и панталоны до колен, которые она считала «нижним бельем, в котором неприлично кому-либо показываться». Но я уговорила ее, что вокруг никого нет, поэтому можно, пока одежда, которую я отжала и развесила на подходящих кустах и нижних ветках деревьев, сохнет.

Под цветущими деревьями с крупными розовыми цветами на голых ветках, мы нашли довольно много относительно сухого хвороста, и принялись его собирать. Между делом у Мии удалось выяснить, что она живет с бабушкой и еще какой-то Кайрой, причем, упоминая о последней она кривилась, как от зубной боли. Еще у нее есть папа, но он с ними не живет. На вопрос, в каком городе они живут, девочка рассмеялась:

— Мы живем не в городе.

— В поселке? В деревне? — попыталась догадаться я.

— Нет, у нас свое поместье. А деревня есть, но дальше по дороге. Там слуги покупают продукты, — деловито сообщила Мия.

Я немного выпала в осадок. Нет, ну понятно, что девочка не из простых, у нее и браслетики, и цепочка, и сережки из золота, и одежка какая-то необычная, но людей со слугами я встречала в жизни нечасто.

— А та деревня, что около вашего поместья, как называется?

— Деревня у поместья, — пожала плечами безразлично Мия.

Шикарно. Наверное, можно спросить, в какой стране мы находимся, она же не сообразит, что у встреченной случайно бабульки маразм случился? Или лучше осторожнее с этим? Дети современные из интернета все знают.

Пока думала, выбрала местечко подальше от деревьев на каменистой почве, где не было травы, и свалила туда хворост неровной кучей, постаралась соорудить что-то вроде шалашика, в который поместила найденную растопку — тонкие кусочки коры одного из деревьев, которая напомнила мне бересту, только не имела бело-черной расцветки.