— Простите мою дерзость, ваша светлость, я недостаточно образована, — князь довольно быстро сменил гнев на милость и едва заметно махнул рукой, позволяя мне выпрямиться. — Но что же мне делать? Мне нужно учиться либо здесь, либо нужен частный учитель.

— Выйдите замуж, тогда маг станет членом вашей семьи и сможет вам преподавать, — подал голос с земли секретарь академии.

Мастер Ван глянул на того с одобрением, будто хотел сказать «вообще-то ты дурак, но иногда соображаешь, когда нужна житейская хитрость».

— Ну, какой мне муж? Как вы себе это представляете? — возмутилась я. Что же они все на этом зациклены-то? — Вы бы еще кого-нибудь усыновить предложили.

— А это тоже вариант, — обрадовался снизу секретарь.

— Вот видите, нет нерешаемых проблем, если хорошенько подумать, — слегка снисходительно кивнул князь Рюджин, — идемте, мастер Ван, вернемся к смотру.

Я задохнулась от возмущения, от этого тона, от того, что эти гады сами поставили женщин в сложное положение, и сами же вынуждают искать выхода в обращении за помощью к мужчинам же. Как будто фиктивного мужа или сына будет так просто найти! Да это наверняка будет стоить целое состояние! Да они просто!.. Арррр!

— Как легко вам в очередной раз отворачиваться от чужих проблем и не забивать ими голову. Ну, да, ваши дурацкие мальчишеские войнушки важнее. Важнее чем даже жизнь и здоровье вашей дочери! — бросила я в спину дракону.

Начавший было подниматься с земли секретарь, замер на полусогнутых, глянул на меня как на смертницу, и перекатом сиганул в кусты. Мастер Ван, такой весь из себя важный и статный, втянул голову в плечи и скользящим движением отступил от князя в сторону. А тот просто замер, спина его окаменела от напряжения, и только запах озона, повисший в воздухе, демонстрировал его отношение к моим словам.

— Что, правда глаза колет? — хмыкнула я. — Вы хоть заехали к Мие, раз в городе? Поговорили с ней по душам? Обняли? А ведь девочка так к вам тянется. Бедное дитя, сирота при живом отце и бессердечной бабке, — покачала головой я.

— Как ты смеешь, старая ведьма?! — рыкнул все же дракон, развернувшись. В его синих глазах сверкали молнии, а призрачный силуэт дракона, похожий на дивную голограмму, вился и рычал за его спиной, готовый сорваться в атаку.

— Это ты, дурак великовозрастный, не понимаешь, что детям нужно тепло и любовь, а не игрушки. Любовь не купить, это я тебе точно скажу. За то, что тебя рядом не было в эти годы, она тебя никогда не простит, — с горечью произнесла я, и внутри все сжалось, ведь я говорила о себе, о своем опыте. Я ведь тоже была в этой роли «добытчицы». Только вот моя мама внучку любила, души не чаяла и избаловала напрочь, а Мие и в этом не повезло.

— Да что ты знаешь вообще о нашей жизни? — трагично воскликнул дракон. — Ты вообще что слышала, кроме сплетен? Знаешь, от чего умерла моя любимая... моя жена? — от родов, наверное, ведь тут не современность, таковы были мои предположения раньше, хотя с другой стороны, есть же магические лекари. — Она умерла, потому что не выдержала жизни рядом с умирающей дочерью. Расплела свои косы черные, оставила записку, а тело ее нашли в пруду. Не смогла улыбаться больше в лицо Мие, обнимать ее и гадать каждый день, проснется ли ее ребенок завтра или сгорит в очередной лихорадке. — С болью в голосе ответил Рюджин. — Ты винишь меня за то, что меня нет рядом, но знаешь ли ты, что магия взрослого дракона будит энергию малыше-дракончике. И, если речь о мальчике, все хорошо, он наделен второй ипостасью, и сила идет на ее укрепление и воплощение. Но девочки рождаются лишенными крыльев, их магические каналы слабы, а источники слишком мощны для хрупкого тела. Магия буквально разрывает их изнутри, не находя выхода. Чем ближе отец к драконочке, тем быстрее она умрет — на этом сходятся все лекари.

Меня болью скрутило от его взгляда, от того, что я представила себя на его месте. Что было бы, если бы я знала, что я сама — источник той болезни, от которой умирает мое дитя? И нельзя приближаться, нельзя прикоснуться, обнять, ведь от этого будет хуже...