Махнув рукой, Аззерра покинула комнату, захлопнула дверь, и в замочной скважине повернулся ключ. Я недовольно нахмурилась, как-то все эти образные сравнения и невнятные объяснения понимания не добавили. Но это же магия, а не наука, придется, наверное, смириться. Я аккуратно подошла к самому большому тазу, в котором была глина. Кажется, ведьма только недавно накопала ее, в емкость попали камешки, травинки, осенние листики. Я нахмурилась. Как-то мне это все не внушало вдохновения. Но с другой стороны я видела, что тьма вьется вокруг всего этого барахла с заметным воодушевлением.

Я осторожно опустилась на пол, вытащила листики и камешки, которые были на виду. Грунт был влажным, но недостаточно, чтобы назвать его «тестом». Пришло в голову, что нужно его и дальше перебрать, не надо мне всякого лишнего мусора, если это делает фамильяра более слабым. Хотела добавить воды, но та оказалась ледяная — колодезная, наверное. Ну, нет, решила я, я женщина беременная, мне не надо в ледяной воде руки полоскать. Если уж надо проводить какой-то ритуал, то пусть будет так, чтобы было удобно.

Я стащила со своей кровати плед, сложила его в несколько раз и положила перед тазиком, чтобы колени не болели от сидения на полу. Печка была растоплена, рядом нашелся пустой котелок. Я налила в него воды и повесила подогреть.

Ушастик с любопытством подглядывал на меня из-за печки.

— Эй, Ушастик, скажи, как мне лучше сделать? Ты же фамильяр, ты должен знать лучше.

— Меня тут нет, — заявило создание, спрятавшись опять за печкой.

— Ушастик, ну, пожалуйста, ты же больше меня знаешь. Я только недавно ведьмой стала, совсем тут ничего не понимаю, — заканючила я. — Ну, подскажи, ты же такой умный!

Фамильяр все же высунулся из-за печки, но слезать на пол не стал:

— Это таинство только для самой ведьмы. Никому нельзя здесь быть, ты сама должна понять, из каких ингредиентов будет твой фамильяр. Я не знаю, но слышал, что нужно присмотреться к тьме, если ты ее видишь, попытаться представить, что будет ей ближе.

Как ни странно, этот совет был эффективнее всего, что рассказала мне Аззерра. Я перевела взгляд на свою тьму, пытаясь понять, какой она должна быть. Она плавно перетекала из одной формы в другую, и мне подумалось, что никаких камешков или подобного мне не нужно, наоборот, нужно развести землю до состояния жидкой сметаны, тщательно размять, чтобы она была однородная, без комочков. Вода как раз подогрелась, и я начала замешивать.

— А почему Аззерра тебя с собой в ту комнату не взяла, — наливая теплую воду в глину, спросила я у Ушастика.

— Там же лаборатория, она занята, наверное, а я могу случайно что-то испортить или уронить, — погрустнел фамильяр.

Я бы еще поболтала с существом, но процесс неожиданно меня увлек. Сама не знаю, почему, но я уселась на колени на свернутый плед, расставив ноги, чтобы животу было удобно, и принялась замешивать глину, тщательно разминая ее пальцами, выбирая травинки, листики и камешки и намуркивая про себя какую-то песенку.

Вокруг было много других ингредиентов, но я не за хотела ничего применять. Только структура мне все не нравилась. Повезло, что я нашла у старухи на кухне сито, кажется, из каких-то волос. Меня совсем не смутило, что оно, наверное, для еды, я пребывала в полутрансе. Сперва я пыталась протирать глину через сито, но потом поняла, что это неверный подход. Я взяла ведро с водой и, наваливая глины в сито, опускала его в ведро, прополаскивая, пока в сите не оставались комочки и мусор. А на дне ведра получался слой взвеси, похожей на ил в пруду: легкой, невесомой, но плотной. Единственное, что мне не нравилось — это цвет. Все было не то.

Я поковырялась в разных баночках и свертках, что предоставила мне ведьма, но не нашла ничего, что меня бы вдохновило. И тут я догадалась: печь! На стенках обязательно должна была быть сажа. Я кочергой отгребла прогоревшие горячие угли подальше, а сама ложкой в мисочку начала собирать золу со стенок, где почернее. Один из угольков стрельнул в мою сторону искрой, я ахнула, опасаясь боли... но черная тень поймала искру и погасила ее, прежде чем она долетела до моей руки. С улыбкой я продолжила работу.

Наконец, когда сажа была собрана, а глина отстоялась в воде, я отлила верхнюю часть воды в другую емкость, а на дне осталась смесь, похожая на жидкую сметану. Добавила туда еще сажи, размешала — вообще красота. Черная, мягкая, нежная, будто шелк, она напоминала мне тьму, что струилась вокруг.

Только этого материала нужно было больше, я чувствовала. Пока я взялась за следующую партию, краем глаза заметила, как в ведре медленно шевелится странная черная жижа, слегка напоминающая нефть, становясь все более вязкой и тягучей. Она поднималась легкими волнами, но опадала, пока не готовая вылупиться. Нужен был еще материал, у меня много тьмы...

Глава 5