— А ты, — Килоран прошел мимо связанного Кейна, как мимо кучи мусора. — Красивая оружейница короля станет отличной едой для зверя. Я не упомянул о существах, с которыми мы делим остров? Которые выползают из глубин, когда голодны? — Килоран покачал головой, смеясь про себя, и тот странный, кружащий дискомфорт в моем животе усилился. Я содрогнулась, когда это ощущение поползло по моему телу, как паразиты. — Буду честен, я преувеличиваю. Их ужин — всего лишь наше скромное развлечение.

Слезы наполнили мои глаза. Я не могла двигаться. Не могла думать.

Мне нужно было использовать свой лайт.

Но все, что я освоила, — это исцеление и создание защитного пузыря вокруг себя и других. Кроме того, я могла создавать только разрушительные лучи энергии, которые поджигали всех рядом или превращали их в кровавый туман.

Я не могла рисковать Кейном. Не сейчас, когда он не мог защитить себя.

— Ониксовое Королевство отделит твою голову от тела, — пообещала я. — Армия Короля Рэйвенвуда пойдет на край континента за своим королем.

— О, дорогая! Толпа мужчин, уже ослабленных после битвы с двумя другими королевствами. Как же моя армия жестоких, развращенных заключенных справится с ними? Армия мужчин и женщин, которым пришлось быть самыми сильными, самыми жестокими, чтобы выжить.

Я застыла, забыв выдохнуть.

— Если Ониксовое Королевство попытается вторгнуться на мой остров, устройство которого я знаю лучше, чем собственные ягодицы, они заслуживают быть вырезанными в бойне.

Кейн, почти без сознания, простонал.

— Расслабься, милостивый король, — Килоран покачал головой. — Я не причиню вреда твоим людям, если они не нападут первыми. Вы двое совсем неправильно меня поняли.

Килоран был сумасшедшим. Я изо всех сил пыталась вырваться из рук мужчины, который держал меня, его кровь все еще текла по моей спине.

— Ты не представляешь, что ты делаешь…

Удар в висок погрузил меня в море боли, а затем — в стремительную тьму, сквозь которую едва пробивался приглушенный рев Кейна.

Глава 44

АРВЕН

Брови Кейна сдвинулись. Он склонил голову набок.

— Разве ты не любишь меня?

— Конечно, люблю. Конечно, конечно, конечно…

— Тогда позволь мне занять твое место. Позволь мне умереть за тебя.

Я открыла рот, чтобы сказать нет — пожалуйста, пожалуйста, нет — но из него выпали только угольки. Маленькие угольки с крылышками. Крошечные крылатые угольки, падающие с моего языка, как пепел на ветру. Зажигающие меня изнутри. Превращающие меня в факел.

Мои глаза широко распахнулись, и я дико вдохнула, наполняя легкие влажным лесным воздухом. Я дернулась…

Мои руки.

Они были связаны за спиной. Обмотаны чем-то. Ноги тоже, и поперек живота. О, Камни, мои легкие. Они сжимались. Мне нужен был воздух. Нужно было двигаться. А вокруг пахло гнилью. Падалью. Смертью…

Вой и крики обитателей Хемлока стряхнули с моего разума туман паники, и я изо всех сил старалась дышать сквозь пульсирующую головную боль, пока глаза привыкали к темноте. Все, что я могла разглядеть, — это деревянные мосты и плетеные конструкции, освещенные фонарями и факелами над головой. Я была подвешена каким-то образом на длинной тонкой сети, протянутой между деревьями, столбами и ветвями, поддерживающими город.

Надо мной, в домах и на переплетенных мостах, стояли мужчины и женщины — одни крепкие, с татуировками, другие худые и изможденные, уличные детишки юлили между ног, чтобы лучше рассмотреть. Килоран упоминал о развлечениях, и медленно собирающаяся толпа говорила мне все, что нужно было знать об их любимом зрелище.

Мои оковы были не из кожи, металла или даже лилиума. Это был жесткий, полупрозрачный шелк. Он обвивал мои запястья, живот, ноги и тянулся между деревьями и платформами, образуя сеть, которая удерживала меня между ветвями и соснами.

Не сеть. Это была вовсе не сеть.

Это была паутина.

Тонкая, но непроницаемая паутина, опутавшая нижние деревья города Хемлока. И разбросанная повсюду…

Тела. Трупы. Полусъеденные, гниющие и разлагающиеся среди спутанного шелка.

Несмотря на тошноту, я не осмелилась отвести взгляд — не могла. Пока не пойму, что их убило. Их степень разложения была единственной подсказкой, чтобы разгадать, что именно придет за мной. Я прищурилась, разглядывая разорванные конечности и зияющие раны.

Нет, не разорванные. Обожженные. Вскипевшие и покрытые пузырями, будто…

Кислота.

Что бы ни ловило и охотилось на этих менее удачливых пленников, оно пожирало их с помощью едкого яда. Я не была идиоткой. По паутине я догадывалась, что это может быть. Слышала истории от Халдена и Райдера за эти годы о вдовах: пауках размером со льва, с верхней частью тела и головой женщины. Яд в их клыках настолько токсичен, что одного прикосновения к крови достаточно, чтобы сварить тебя заживо.