— Будь я Люминофором, уже бы разорвал тебе глотку, — выдохнул он мне в чувствительное место под ухом, и жар хлынул по моей коже. — Какого черта ты подпускаешь меня так близко?

Райс отвел нож и навис надо мной, словно сама Смерть. Его грудь недовольно вздымалась, в глазах сверкали янтарь и сталь. От этого взгляда по моему телу прокатывались волны дрожи.

Подбери слюни, идиотка!

— Я не понимаю, как оттолкнуть твою голову, не убив тебя, — быстро сглотнув, объяснила я. — Мой нож очень острый, обычно я не использую его в спаррингах. Люминофору я бы всадила его в лоб или висок, но тебя-то я не могу прирезать.

А очень бы хотелось.

Райс как-то недоверчиво посмотрел. Кажется, даже намеревался улыбнуться, но потом понял, что я говорю совершенно серьезно.

— Скай, у тебя нет ни единого шанса коснуться меня даже концом своего ножа, не то что проткнуть мне голову, поэтому будь так любезна: борись в полную силу, как если бы я был зараженным. Договорились?

Он резко отпрянул и встал, снисходительно глядя на меня сверху, а затем протянул руку. Я приняла его помощь и повернулась на звуки, доносившиеся из другой части зала. Гаррет и Энтони спарринговались, а Дакарай наблюдал за ними.

Я предполагала, что Гаррет мог быть хорош, не только ведь за снайперские навыки Райс взял его в отряд, но не думала, что он дерется так.

В отличие от Райса, в стиле боя Гаррета не было ничего кошачьего — никакой плавности и грации. Он двигал руками точно и технично, не забывая работать корпусом. Выражение лица — хладнокровное и сосредоточенное. Идеальная машина для убийства.

Энтони выглядел его полной противоположностью: каштановые волосы впервые были уложены идеальными волнами, очаровательная улыбка не покидала губ, когда он встречал прямые удары Гаррета. Да, он был хаотичен, но бился с чувством ритма, и главное — хорошо работал ногами. Обычно это вызывало трудности у бойцов: синхронизировать работу рук и ног во время боя непросто, но Энтони справлялся восхитительно. Должно быть, сыграла роль его любовь к музыке и танцам.

Оказалось, его мама была не только храбрым инженером, но и превосходным музыкантом. Энтони признавался, что по выходным она подолгу играла на фортепиано или скрипке на первом этаже их дома, а он приоткрывал дверь в своей комнате на втором ярусе, чтобы послушать и потанцевать, пока никто не видит.

После того разговора на одну из наших встреч на складе я принесла проигрыватель с несколькими пластинками. Конечно, не обошлось без помощи Беса. Этот исключительный вор мог достать что угодно.

В тот вечер Энтони удивлял меня такими пируэтами и па, что у меня еще долго болел живот от смеха. При этом, когда он перестал дурачиться, его движения стали красивыми и завораживающими. Он даже научил меня танцевать вальс, хотя музыка была вообще не подходящей.

— Мы договорились, Скай? — напомнил о себе Райс.

Я отмерла, осознав, что все это время мои губы растягивались в улыбке.

О чем он спрашивал? А, точно. Райс попросил драться в полную силу. Я стала серьезной:

— Хорошо, в таком случае я могла бы взять тренировочный нож?

— Здесь их нет, — раздраженно ответил он.

— Могу принести с площадки квадрантов.

Холодный взгляд полоснул меня.

— Скай, мы не будем тренироваться с бутафорским оружием. Поднимай нож и нападай.

Несмотря на его слова, мне было страшно работать в полную силу. В квадрантах кадеты тоже сражались без брони и с настоящим оружием, только гораздо хуже заточенным. И даже им умудрялись убивать друг друга. Что уж говорить о ножах в наших руках — такими можно легко рассечь крупный сосуд, чтобы человек в считаные минуты истек кровью. Я не хотела прикончить Райса раньше времени.

В конце концов после трех весьма вялых схваток он сдался и поставил меня в спарринг без оружия с Дакараем.

Все время боя я чувствовала на себе его взгляд. Он не давал комментариев, лишь пристально следил. Я же старалась отделаться не только от внимания Райса, но и от мыслей о разнице в физической силе и массе между мной и Дакараем. Он мог сломать меня голыми руками. Одна его ладонь равнялась четырем моим кулакам, и, когда он пытался схватить меня своей лапищей, я юрко ныряла вбок. Пытаться одолеть его ударами не имело смысла, поэтому я выжидала момент для другого маневра — мне хотелось свалить его с ног.

Я внимательно наблюдала за Дакараем. За его расслабленными плечами. За тем, как он поворачивал бедра. Меня впечатляло, насколько легко он двигался, перенося вес тела, при этом никогда не скрещивая ноги. Этот медведь идеально владел огромными мускулами. Драться ему было так же легко, как дышать.

Если он и Гаррет окажутся замешанными в делах Райса — мне против них не выстоять.