Чудовищные пробки рассосались, и я добралась до центра города с минимальным стрессом. Но оказавшись на месте, я сбросила скорость и уставилась на огромный гнилостно-зеленый баннер, растянутый над Главной улицей. Зловещие красные буквы кричали: «5-й ежегодный Зомби-Фестиваль Глубокого Юга», причем слову «Фест» в конце было пририсовано «иваль», будто нанесенное из баллончика, немного напоминая слово «шваль» или «нарывать», потому что зомби гниют и… разлагаются. Хех. Иронично. (Прим. Переводчика: Fest-er с англ. — «Фест-иваль», но также и «гнить», «нарывать»).

Этот Зомби-Фест каждый год проводился в новом месте, но за то, что он приехал именно в наш город, стоило сказать спасибо мэру Тернбаклу. Он задействовал всю свою политическую магию и южное обаяние, чтобы убедить студию «Infamous Vision Studios» — создателей фильма «Апокалипсис в школе зомби!!» — в том, что возвращение в Такер-Пойнт в качестве спонсоров фестиваля станет отличной рекламой для премьерных выходных картины. Заполучив деньги и престиж киностудии в качестве стимула, организаторы фестиваля с радостью перенесли его к нам.

Для маленького городка, чьи интересы обычно ограничивались сезоном охоты, гонками NASCAR и фестивалем запеченных поросят, Такер-Пойнт отдался зомби-мании с лихорадочной страстью. Вся эта шумиха не только закачивала деньги туристов в местный бюджет, но и давала жителям еще один повод расслабиться и повеселиться. Не то чтобы им действительно нужен был повод. Черт, это же Луизиана. Мы устраиваем вечеринки просто потому, что погода изменилась.

Я свернула на боковую улочку и заехала на парковку позади магазина «Свечные шедевры Кэти». Парковка там означала, что мне придется пройти лишний квартал, но, учитывая недавние пробки, я сильно сомневалась, что поближе к кафе найдутся свободные места.

Гигантский баннер над Главной улицей оказался лишь верхушкой подгнившего айсберга. Выглядело всё так, будто по городу прошлась зомби-фея, взмахнув своей волшебной палочкой и превратив центр Такер-Пойнт в цирк живых мертвецов. Через городскую систему оповещения, обычно транслирующую праздничную музыку, то и дело доносились стоны, хрипы и голодное рычание. Все местные заведения запрыгнули на эту тележку с гнильцой в надежде подзаработать на безумных зомби-выходных. Бродячие торговцы вовсю впаривали наборы для грима и латексное накладное мясо. Распродажи зомби-атрибутики на тротуарах были повсюду. Плакаты, наклейки на бамперы, футболки — всё, что душе угодно. Местная молодежная организация даже продавала билеты в «Зоопарк зомби-питомцев».

Знать не хочу, что там внутри.

В довершение ко всей этой чертовщине через четыре дня, сразу вслед за фестивальными выходными, намечался Марди Гра, что создавало дикую мешанину из декораций. Карнавал и трупы. Гнилостные цвета зомби-плоти перемешивались с блеском вычурной фиолетовой, зеленой и золотой мишуры. И, похоже, никого это ни капли не смущало.

Меньше всего — меня. Я была от этого в полном восторге. Последние затянувшиеся тревоги по поводу Аллена, Маркуса или ФБР окончательно улетучились, пока я впитывала эту атмосферу, шагая по улице к «Кафе у Алмы».

Хозяйственный магазин Мо работал уже больше ста лет и был в равной степени как магазином, так и музеем, забитым всевозможными инструментами, которые технологии давно превратили в анахронизм. Мало кому сейчас нужна двуручная пила. В любой день недели я предпочту ей хорошую бензопилу. Но я также знала, что если у нас когда-нибудь случится настоящий апокалипсис, магазинчик Мо станет моей первой остановкой, чтобы затариться полезным дерьмом, не требующим бензина или электричества.

Нынешний мистер Мо был сыном основателя. Ему было никак не меньше девяноста лет, но это не помешало ему присоединиться к веселью. Демонстрируя в улыбке вставную челюсть, он ковылял взад-вперед по тротуару перед своим магазином, измазав лицо искусственной кровью.

Я увернулась от его плотоядных зомби-объятий — которые, зная мистера Мо, обязательно закончились бы зомби-шлепком по заднице — но замерла в полном благоговении перед витриной следующего магазина, «Ле Бон Декор». На витрине красовалась пара изысканных карнавальных масок. Зомби-маски для Марди Гра со скульптурными следами разложения и пугающе реалистичной покраской. Улыбающаяся маска обнажала зубы сквозь изъеденную червями плоть, а с гниющих губ хмурой маски капала кровь. Потрепанные перья и потускневшие пайетки довершали этот крутой эффект «восставшего из могилы».

Внутри меня вспыхнуло страстное, непреодолимое желание обладать этим произведением искусства.

Я хотела эти маски.

Они были мне нужны.

Расправив плечи, я решительно шагнула в магазин и нагло спросила у продавщицы цену.

Она с улыбкой назвала сумму. Я с улыбкой поблагодарила её и тут же вымелась обратно на улицу. Ладно, может, зомби-карнавальные маски мне не так уж и нужны. Идем дальше.