Эгеланд смотрел, как детектив Оз наклоняется вперёд, кладёт блокнот на стол, словно стол принадлежит ему, и начинает писать.

— Теперь слушайте, Эгеланд. Когда Гомес с вами свяжется, позвоните в полицию Миннеаполиса по номеру, который я здесь записываю. Нам нужно название аптеки, где он будет забирать инсулин. А рецепт отправьте только после того, как мы займём там позиции. Понятно? — Оз вырвал листок и подвинул через стол.

Якоб Эгеланд был потрясён.

— Вы хотите, чтобы я помог полиции арестовать собственного пациента? Вы не понимаете…

— Доктор Эгеланд, больше всего я хочу, чтобы вы поступили по совести и тем самым помешали Томасу Гомесу убить ещё нескольких человек. Если такая моральная алгебра для вас слишком сложна, я могу уйти и вернуться с судебным предписанием.

Эгеланд смотрел на номер телефона, словно цифры на листке были уравнением, которое можно решить.

— Я это сделаю, — наконец уступил он. — Но хотел бы получить письменное предписание судьи.

— Хорошо. Только не обещаю, что мы успеем оформить его прежде, чем Гомес с вами свяжется. Я всё равно могу рассчитывать на вашу помощь?

Якоб Эгеланд кивнул.

Детектив Оз убрал блокнот в карман и встал.

— Он тихий человек, — негромко сказал Эгеланд. — Но умный. В первый раз я удивился, как хорошо он понимает медицинскую латынь.

Оз остался стоять.

— А через полгода он пришёл на первый плановый осмотр и снял рубашку. Тут я опять удивился: весь торс был в татуировках. Знаете… бандитских.

Оз снова сел.

— Каких банд?

— Я не все знаю, но на спине у него вытатуировано X-11.

Оз медленно кивнул.

— X-11. А остальные?

— У него была татуировка с волком. Я видел такого на граффити. Поэтому предполагаю, что это тоже какая-то банда.

Полицейский что-то набрал в телефоне, поднял его и показал Эгеланду изображение чёрного волка, вытатуированного на голой спине.

— Похож на этого?

— Да, вполне может быть.

— И теперь вы боитесь, что, если поможете нам его поймать, банда вам отомстит?

Эгеланд испуганно поднял глаза.

— Нет. Нет, до этой минуты я об этом не думал. — Кадык врача дёрнулся вверх-вниз. — Мне стоит…?

— Ни в коем случае, — сказал Оз, снова вставая. — Мы тоже обязаны хранить тайну. Никто не узнает, что сведения мне дали вы.

— Никто?

— Совершенно никто. — Оз быстро улыбнулся. — Пора обратно, в приличную часть города. Хорошего дня. Надеюсь, вы скоро позвоните.

Было полшестого, уже смеркалось. Боб Оз шёл по коридору больницы «Ридженси». День выдался довольно неплохой. Наконец-то случился день, в котором был хоть какой-то смысл. Он смог спокойно заниматься делом Гомеса: больше никто в отделе убийств в нём не участвовал и тем, что делает Боб, не интересовался. А коллеги из отдела тяжких преступлений пока, по крайней мере, не заметили, что он занимается их делом. К счастью, Боб всегда умел поддерживать хорошие отношения с Кари из отдела по борьбе с мошенничеством. При необходимости она помогала отделу убийств и всегда была незаменима. Возле палаты 531 он показал удостоверение полицейскому на посту.

— Из отдела тяжких преступлений кто-нибудь приходил?

— Нет, — сказал полицейский. — Он только что очнулся после операции.

— Хорошо, — сказал Боб и вошёл.

Лежавший в кровати толстяк перевёл затуманенный лекарствами взгляд со стены на Боба.

— Марко Данте. — Боб придвинул стул к кровати и посмотрел на аппаратуру, к которой был подключён толстяк. — Я из полиции Миннеаполиса. Взгляните на этот рисунок.

Боб поднёс телефон к Данте. Портрет, сделанный полицейским художником, он скачал с внутреннего сайта полиции. Лицо латиноамериканца: широкое, с резко очерченными бровями. Боб предположил, что художник составлял портрет по описанию миссис Уайт, которую опросили коллеги из отдела тяжких преступлений.

— Интересно, что этот человек, Томас Гомес, против вас имеет.

Данте скользнул взглядом по экрану и снова уставился в стену.

— Понятия не имею, кто это. И кто вы. — Голос был густой, итальянский акцент — прямо из «Клана Сопрано».

Когда Данте увидел рисунок, Боб не заметил на его лице никаких признаков узнавания. Может, плохо нарисовали. Или Данте хорошо врёт. А может, они с Гомесом никогда не встречались.

— Я человек, который спас вам жизнь, — сказал Боб.

Данте посмотрел на него, нахмурился.

— Дыхание рот в рот, — сказал Боб.

Данте скривился.

— Врёте.

— Нет. Вы выблевали свой завтрак. Какие-то макароны, да?

Данте моргнул.

Боб придвинулся ближе. В любую минуту мог вломиться кто-нибудь из отдела тяжких преступлений.

— Думаю, за вами охотится банда, Данте. В последнее время ни с кем из них не поссорились?

— Ничего я ни про какие банды не знаю.

— Нет? И оружие X-11 не поставляли?

— Я понятия не имею, что за X…