- Я, моя милая, - подошла ближе. – Узнала, что натворила эта пакостница, будь она неладна, и поспешила к тебе. Не выгонишь? – выставила вперед руку с тортом. – Твой любимый, медовичок.

   - Да как вы подумать могли! Проходите, конечно же. Вы же мне как семья!

   Мы вошли в дом. Марта накрыла на стол, вскипел чайник, тортик перепрыгнул на тарелку, расписанную васильками. Потекла неторопливая беседа. Моя наперсница рассказала, как ее бесцеремонно выставили вон, будто поймали на краже. 

   - И слова сказать не дали, - пожаловалась она, качая головой. – Даже с вами попрощаться не разрешили. Приставили эту сову, новую старшую. Глаз не сводила, пока я вещи собирала. Ястребом каждые панталончики провожала! 

   - Прости, что так вышло, - уши зажгло от стыда. – Если бы знала, побила бы гадину, честное слово!

   - Ни к чему это, - женщина отправила в рот кусочек тортика. – Бог ей судья, сами знаете. 

   - Если позволишь, об одном попрошу, - я отодвинула тарелку. – Дай мне время, не устраивайся пока никуда, хорошо? Есть у меня идея, как тебя вернуть. Но немного времени надо будет. Сможешь подождать? – выложила на стол кошель. – Это жалование твое за три месяца. Не спорь, ты заслужила. Просто потерпи. Я уверена, скоро ты вернешься. И мачеха нам помешать не сможет!

Визуал

Спасибо всем, кто выбирал Себастьяна. А сегодня голосуем за Мари! Какая Вам кажется наиболее похожей на нашу неугомонную травницу?)) По традиции жду ответа в комментариях!

До встречи в завтрашней продочке!))

1

2

3

4

5

6

7

8

Глава 8 Я вам нравлюсь?

   Заглянув в лавку со всякими нужностями, к портнихе, парикмахеру и на рынок, я поспешила домой. Так как сегодня у меня заслуженный выходной, впервые за два месяца, проведу его с сестренкой. Пообедаем, свожу ее на карусели, поедим мороженого, погуляем в парке. А то ребенок дома сиднем сидит, света белого не видит. Да еще теперь из-за мачехи расстраивается, непорядок, будем исправлять!

   Улочка благоухала весенними цветами. Весна в этом году изумительная! Теплая, нежная, с ласковым, как руки матери солнышком. Нельзя в такой день удержаться от прогулки, никак нельзя!

   Проходя мимо, я стрельнула глазками в окна особняка напротив нашего. Интересно, сосед дома? Не он ли, нахал этакий, за мной подсматривал утром? По телу прошлась дрожь, когда вспомнила то ощущение от блуждающего по спине обжигающего взгляда. И ни разу это не приятно! Ишь, моду взял, за приличными девушками подглядывать! Надо будет шторы не забыть задернуть, чтобы не глазел на меня больше! Вот точно, как приду, сразу и займусь. 

   Окно на втором этаже, распахнутое настежь, привлекло мое внимание. Но за любопытство пришлось поплатиться – порыв ветра подхватил лежащие на подоконнике листы и швырнул в меня.

   Красиво кружась, они разлетелись по улице. Несколько упали к ногам. Я подняла их и хмыкнула, разглядывая наброски карандашом. Весьма недурны, должна отметить! И наш дом отлично прорисован, и горизонт с убегающими вдаль особняками и старой мельницей у ленты петляющей реки. Верный глаз у художника. Неужели этот хам так хорошо рисует?

   - Простите, миледи, - раздалось сверху. – Не могли бы вы собрать мои работы? Был бы вам признателен. Сам выйти не могу, болею.

   - Конечно, - я кивнула пареньку со светлыми кудряшками и милой улыбкой, поставила свои пакеты на брусчатку и принялась собирать рисунки.

   Пришлось побегать, ведь они, шалуны, будто разлетались во все стороны по велению ветра. Но вскоре беглецы оказались пойманы.

   - Сейчас занесу, - сказала блондину и, подхватив свои пакеты, зашагала к калитке, глядя на него. – У вас открыто или мне на пороге оста…

   Я снова на что-то наткнулась и отскочила, как мячик. 

Себастьян

   Зарево рыжего огня кудрявых волос я приметил, едва вышел из экипажа, что привез меня к дому. Та самая соседка, чья любовь к весне стоила мне нескольких флаконов ноэльского. Шла, разговаривая с моим братом, выглядывающим из окна, и опять налетела на меня. На этот раз обошлось без жертв. Я предусмотрительно поднял пакеты с продуктами повыше и с усмешкой поинтересовался:

   - Вам нравится меня таранить, да? Это какой-то коварный план обольщения?

   - Что? – глянула и ее щечки от смущения покрылись прелестным румянцем.

   А я вспомнил утренний спектакль, когда ткань ночнушки струилась вниз по красивому телу, искушая изгибами.

   - Вы второй раз бросаетесь в мои объятия, - мурлыкнул, не без удовольствия ее поддразнивая. 

   - Еще чего! – гневно бросила соседка. – Просто не заметила вас.

   - Я такой некрасивый? – скорчил обиженную гримасу.

   - Не разглядывала, - отрезала и сунула в руки кипу листов. – Вот, отнесите брату, ветер сдул их с подоконника! – каблучки гневно зацокали прочь.

   С улыбкой посмотрел вслед. Хороша, чертовка!