Клиент ушел через час. Выскользнул из дома в ночь, и вскоре зыбкая фигура растаяла в конце аллеи, освещенной газовыми фонарями. Странно все это, если честно. Хмурясь, я поднялся к брату, проверил, что тот спит, и вернулся в лабораторию, размышляя о только что полученном заказе. 

   Что-то тревожило меня в нем, саднило, будто заноза в пальце, когда не видишь ее кончика, но все время за нее задеваешь. Скользкий субъект попался, от него остались неприятные ощущения, словно рукой провел по волосам, смазанным бриллиантином и теперь вся рука в мерзкой субстанции. 

   Но сейчас мне не с руки от денег нос воротить, до нищеты рукой подать. Так что возьмемся за дело. 

   Я распаковал коробки с посудой, достал и вымыл ступку и мензурки. Истолок мяту, пижму, полынь и добавил выжимку из корня имбиря. Дал ингредиентам настояться, привыкнуть друг к другу, «подружиться». Глянул через око, удовлетворенно кивнул, увидев, как синхронизируются энергетические потоки. Добавил пару капель собранной с цветов росы, настоянной в заряженном кристалле горного хрусталя. Это снимет горчинку и уравновесит лекарство с новыми составляющими.

   Чихнув, злым жуком загудела горелка. Обмениваясь игривыми поцелуйчиками, зазвенели, перекатываясь в коробке, стеклянные колбы. Сосредоточенность на привычной работе дала отдых разуму, в последнее время сосредоточенному лишь на мыслях о том, как мы с братом будем выживать. Так что к моменту, когда лекарство было готово, я даже начал испытывать давно позабытое ощущение счастья.

   Вернее, почти готово. Посмотрел на настой в прозрачном стакане. Помедлил, но все же решился. Сжал его двумя руками, сосредоточился на жаре в солнечном сплетении, позволив ему тягучей горячей патокой перетечь в руки и устремиться к пальцам. Оранжевый свет окутал емкость, будто рядом встало заспанное солнышко. Искорки пронзили настой, магической силой вливаясь в него, напитывая составляющие, даруя настоящую мощь. 

   Нечасто это делаю. Расходовать свою энергию на лекарства нельзя, иначе сам иссохнешь, как мумия в склепе. Но нам с Габриэлем нужно, чтобы этот странный заказчик остался доволен. Тогда обмолвится друзьям, соседям и придут новые покупатели. Людям всегда кажется, что если кому-то понравилось, то и им обязательно подойдет. Будем надеяться.

   Посмотрел на готовую продукцию оком. Сияет и переливается, отлично. Теперь нужно дать ему постоять с полчаса, не тревожить, взбалтывая, затем можно отвезти клиенту и получить причитающееся вознаграждение.

   Я прибрался и подошел к окну. Горизонт на востоке уже вовсю алел буйным рассветом. Но было кое-что поинтереснее красот природы. Ровно напротив, в незанавешенном окне. Отступил за занавеску и ухмыльнулся, любуясь той самой соседкой, чья красота стоила мне запасов ноэльского настоя. Рыжуля встала с постели, потянулась и подошла к окну. Взлохмаченные кудри ранней пташки полыхнули в лучах юного солнца, которое, ко всему прочему, еще и высвечивало все изгибы ее отличной фигурки.

   Как хорошо, оказывается, покупать давно пустующие дома! Юные соседки привыкли, что подглядывать за ними некому, и не занавешивают окна. Прекрасная беспечность. Мое дыхание участилось, когда она повернулась спиной и стянула ночную рубашку с плеч. Та заскользила вниз, открыв взгляду изящные лопатки, тонкую талию и…

   Судорожно сглотнул и едва не застонал от разочарования – моя нимфа шагнула в сторону и всю запретную красоту, которой я имел наглость любоваться тайком, скрыло от моих жадных глаз. Пробурчал ругательства себе под нос, потом рассмеялся. Чертовка определенно подняла мне настроение! А теперь пора отвезти заказ и получить хорошие деньги. О деле надо думать, а не о девичьих прелестях.

Глава 6 Пакость

Марьяна

   Я проснулась, когда в окна заглянул нежняшка розовый рассвет. Потянулась всласть, вскочила с постели и подошла к раскрытому окну. Полюбовалась буйством красок на небе. Ни единого облачка, но уже тепло. Будет чудесный день, определенно! 

   Отвернувшись, потянула вязочки на вороте и начала раздеваться. Надеюсь, моя ванна уже наполнена. С настоями на травах, которые сама же и готовлю, и с кусочком лимонно-медового мыла на подставке. Марта прекрасно знает, как я люблю начинать день с травяной ванны и аромата бодрящего мыла. 

   Мысли вдруг разлетелись, словно стайка птичек при виде кота. Я вздрогнула, ощутив, как чужой взгляд – жаркий, бесстыдный скользит по спине, заставляя ее покрываться мурашками. Ойкнув, вспомнила о том, что дом напротив более не пустует, и поспешила скрыться в ванной.

   Прошлепала до большой чугунной емкости на львиных лапах и замерла, потому что та была пуста. Неужели с Мартой что-то случилось? Может, приболела? Вот только мачеха появилась в доме, в который проползла ядовитой змеей, как уже напасти начались!

   Я накинула персиковый пеньюар, вышла из комнаты и тут же натолкнулась на незнакомую женщину с мощными челюстями и глазками-буравчиками, полускрытыми нависающими над ними надбровными дугами. В руках она держала клетку с черным какаду.