Обернулась растерянно на Лейорна. Парень стоял, не поднимая головы. Сжатые в кулаки руки как будто едва заметно дрожали. Он словно пытался чему-то противостоять, но не выдержал, не справился, упав на колени перед магистром.

 – Мой господин, Кина ни в чем не виновата, это ошибка! – Это такая попытка меня защитить, затащив в логово чудовища?

Сердце все ещё судорожно и беспорядочно билось в груди, но я бы солгала, если бы сказала, что именно это мой самый худший кошмар. Вы просто ещё семейку Аларских и моего папаши не видели. Одной тварью, даже редкостно ужасной, меня не напугать. Или я просто кретинически наивна – что тоже вероятно. Ведь что-то заставило Лейорна поступить явно против всех своих убеждений. Фактически предать меня – ну ладно, не так  уж жалко дурочку доверчивую, оно понятно.

Но ведь какая-то неведомая сила сейчас сгибает его пополам, заставляя распластаться по полу. Хриплое прерывистое  дыхание. Дрожащие пальцы. Судорога, что проходит по всему телу. Не знаю, зачем я это сделала – но я шагнула вперед, закрывая Лейра собой.

За спиной раздался тихий вздох, а черные пугающие глаза смотрели теперь прямо на меня.

 – Решать, кто здесь виновен, а кто нет – только мне, – невыразительно заметил магистр, – я не Сейлир, и не собираюсь играть в благородство. Ты здесь по одной-единственной причине, девочка, – страшные глаза как будто поймали меня в ловушку, не давая сдвинуться с места. 

Мужчина в несколько шагов преодолел разделяющее нас расстояние, и только теперь я ощутила чудовищное давление его силы, до этого как будто свернутой змеей и где-то притаившейся. Его Тьма могла уничтожить меня одним броском. Вот только бояться стало поздно. Я по-прежнему не понимала, что происходит, хоть и предполагала, что, в отличие  от лорда Сейлира, этот мужчина не связан со мной ни какой-либо толикой чувств, ни иными ограничениями. И, вероятно, моя родословная уже не является для него тайной.

Ноги тряслись от накатившего страха, и все-таки я не отступила. Так и стояла, сжимая руки в кулачки и дрожа от холода, пока чужая страшная  ладонь, затянутая в перчатку, не коснулась моей щеки.

 – Слабо боиш-шься, – усмехнулись мне глаза из кошмаров, – любопытная девочка. Лейорн…

 – Не трогайте его! – Вырвалось у меня.

 – Защищаешь предателя?  – Чуть приподнялась черная бровь. В огромных черных глазах жила сама Смерть – равнодушная и капельку уставшая смертушка.

 – Он не мог не выполнить ваш приказ. Не знаю – по какой причине, но вижу, – ответила тихо.

Да, обидно, да, капельку горько, но… Лейорн обычный молодой маг. Что он может против такого монстра?

 – Господин, прошу вас, – пытался подняться за моей спиной маг, – не надо, Кина не виновата в происшествиях в Академии, она не шпионка!

 – А вот это я сам решу, Лейоран-тининкансу,  – страшный голос плеснул иронией, – встал и вышел.

Меня легко оттолкнули в сторону. Та ещё «каменная стена».

Лейорн с трудом поднялся с пола, сверля магистра Моршерра настороженным взглядом. Под глазами старосты пролегли тени, мне показалось, что его ногти резко почернели и заострились, но это было удивительным, кажется, лишь для меня.

Как и черная нить, что узорчатой невидимой обычному взгляду вязью охватывала горло и запястья мага и устремлялась другим концом к Кошмару. Вот нить дернулась, задрожала, натянулась, пружиня. Лейорн содрогнулся всем телом, скрипя зубами.

 – Как прикажете, мастер, – выдавил из себя, закашлявшись.

 – Всегда помни об этом, – легко откликнулся этот кошмарный тип – и вдруг улыбнулся. Лучше  бы он дальше хмурился, право слово, так и опозориться можно!  – все будет так, как я скажу, Вариарс. Ты сам дал мне это право.  Я дал тебе выбор. Ты его сделал… – цокнул языком, – и осознавал  все последствия.

И старосту буквально вынесло из подвала, оставляя меня в одиночестве прямо напротив ласково улыбающегося людоеда.

Поджилки трясутся, ой трясутся, честно признаюсь! И хочется взять в руки палицу верную да щит булатный, позвать лешего-дядьку и кикимору болотную, может и царя подводного царства прихватить – и как вдарить русскими сказками  по нечисти иноземной!

Губы мужчины дрогнули, разъехались, демонстрируя острые иглы зубов. Что сказать… в общем, лучше ему и правда не смеяться. Потому что от такого смеха закопаться хочется быстрее, чем от прямых угроз.

 – А ты интересная, Кина… или мне называть тебя Киариной? – Вздрогнула непроизвольно. Слишком давно я не слышала этого имени.  – Так вот, Киарина Нилайская, – имя рода… я не слышала его и вовсе никогда по отношению к себе.

Моршерр оказался рядом со мной – даже моргнуть не успела. Чужие руки – ледяные, обжигающе холодные, ухватили за подбородок, заставляя заглянуть ему в  глаза.