Я нехотя кивнул на дверь, уже жалея о собственной импульсивности. Брови Дуэйна взлетели вверх.

— Да когда ты успел-то? Погоди, это точно то, о чём я подумал?

— Я больше не знаю парных меток на правом запястье, — признался я.

Он глубокомысленно кивнул, явно перебрав в голове все возможные варианты магических татуировок и придя к тому же выводу.

— А как же проклятье? Или ты нашёл способ от него избавиться?

Дёрнув плечом, я быстро оглядел пустой коридор и, расстегнув рубашку, продемонстрировал место, где в последние четыре года прочно обосновалась метка проклятья. К слову, сейчас она побледнела ещё сильнее, из ярко-коричневой превратившись в насыщенно-розовую.

— С ума сойти, — изумился Дуэйн, выпрямляясь.

Он на миг задумался. А потом решительно посмотрел мне в глаза. И улыбнулся. И улыбка эта мне совершенно не понравилась.

— Что ж, тогда это всё упрощает, — заключил он. — Оформим ей документы на твою фамилию. А тебя, как супруга, назначим её куратором. Введёшь её в курс… всего.

Я терпеливо ждал, когда Дуэйн объявит, что уже можно смеяться над удачной шуткой. Я, бесы раздери, даже готов был улыбнуться. Но он всё молчал. Только смотрел на меня с какой-то затаённой гордостью. Словно был несказанно рад, что придумал такую потрясающую идею.

— Ты же это не серьёзно? — не выдержал я.

— Тебя что-то смущает?

— Да меня всё смущает! С чего ты вообще решил, будто я собираюсь сохранить этот брак?

Дуэйн вздёрнул бровь и наградил таким взглядом, что я осёкся.

— А у тебя есть выбор? Или ты внезапно решил повторить участь Блейка? И всех, кто был до него?

Имя дяди отрезвило. Дуэйн действительно знал, на что давить. Годами работая рядом с Блейком Линдормом, он был посвящён во всю нашу семейную поднаготную.

Я нахмурился и вновь взглянул на зудящее запястье. Только теперь казалось, что из-под кожи уже начинает проступать узор. О, я жаждал его увидеть. Хотя бы потому, что из узора брачной метки можно было узнать многое. Возможность разорвать брак. Особенности супругов (в основном, их расовые особенности). И, главное, причину, по которой я вообще оказался в этой ситуации. Всё-таки, брак обычно заключался в храме, через ритуал. А не при случайном соприкосновении.

— Ваш род вырождается, Нейт, — вторгся в мои мысли Дуэйн. — Тебе об этом известно как никому другому. Каждое поколение вырастает всё слабее, тогда как уровень магии в мире наоборот растёт. Скоро некому будет проводить ритуал Баланса. Что тогда случится с миром? С людьми?

— Я выдерживаю поток, — хмуро процедил я.

— Ты – да, — не стал спорить он, — но кто останется после тебя? Сын Эрика?

Я скривился. Брат не обладал и крупицей моего дара. Страшно подумать, насколько одарённым сможет родиться его сын. А у меня, благодаря проклятью, детей вовсе быть не могло. Ровно как у дяди. И у его дяди.

— Я почти нашёл способ снять проклятье, — возразил я упрямо.

— Отлично, — просиял Дуэйн. — Вот как снимешь его – можешь разводиться. А пока – пусть девушка родит тебе наследника. Или парочку. Судя по её силе, дети у вас получатся по-настоящему одарённые.

Как о племенной скотине говорил, честное слово! Хотя в чём-то я его точку зрения разделял.

— Я с ней даже не знаком, — возразил вяло.

— Вот заодно и познакомитесь! Брак – отличный повод для знакомства. Я всегда это говорил!

— В первый раз слышу, — вздохнул я.

Не слушая моих возражений, ректор настойчиво подтолкнул меня в спину. На пороге палаты как раз возникла медицинская сестра, чтобы сказать, что девушка в стабильном состоянии, и её можно навестить.

Милана

Проснувшись в больнице, я облегчённо выдохнула. Вот никогда я не любила врачей, а тут просто расцеловать их была готова. Запах лекарств, ровный ряд больничных коек и накрахмаленные простыни говорили об одном: я всё-таки ударилась головой, и другой мир мне попросту приснился. Вместе с магией, говорящим котом и мрачным магистром. Какое счастье!

Счастливо вздохнув, я потянулась и… поняла, что у меня ужасно сильно чешется запястье. Прямо-таки нестерпимо. И вот это было проблемой.

Резко дёрнувшись, я поднесла к глазам правую руку и вгляделась в красную полоску кожи. Из-под которой, кажется, проглядывал какой-то узор… Нет, нет, нет! Пожалуйста, нет!

Я взвыла в голос. И, не выдержав, яростно почесала запястье. Легче не стало.

— Зудит, да? — произнёс знакомый голос.

Резко сев на кровати, я уставилась на мрачного магистра, расслабленно расположившегося в кресле для посетителей. Железное подтверждение того, что в другой мир я всё-таки попала.

— Я попросил у медицинской сестры масло, чтобы снять зуд, — продолжал он, не обращая внимания на мой шок. — Но вообще, запястье пройдёт через несколько дней, когда полностью проступит брачная метка.

— Какая-какая метка? — опешила я. — В каком смысле, проступит?