Вид у подруги был воинственный и решительный, а фанатичный огонь в глазах – пугающий. Так что я поспешила ретироваться, чтобы не вляпаться в лекцию о том, как велик и могуч наш капитан и что аэрен – самое лучшее соревнование на всем белом свете.

Пару раз мне просто не хватало ума убраться с глаз Эммы и приходилось все это слушать. Но если раньше это были просто какие-то абстрактные люди и непонятные термины, то сейчас ее пылкая речь уже не будет белым шумом.

А у меня и так что-то переизбыток аэрена в жизни.

Но очень скоро пришлось признать, что теперь я у людей четко ассоциировалась с предстоящими соревнованиями.

– Норд, отойдите от плиты, – кинула педагог по кулинарии, едва я подошла разжечь очаг.

– Почему это? – возмутилась я, быстро прокручивая в голове все прегрешения, которые могли бы рассердить госпожу Ванни. Ее-то предметы я еще не успела прогулять, хотя отметилась почти у каждого преподавателя.

– Потому что если ты поранишься, то не сможешь играть завтра, – заявила женщина.

Мне пришлось по-другому взглянуть на невысокую пухлую даму, магистра кулинарии, между прочим.

– Но я не…

– Послезавтра жду на дополнительное занятие, – отрезала Ванни и щелкнула пальцами.

Передник на мне развязался и упорхнул на вешалку.

– А… – растерянно произнесла я, но магистр кулинарии кинула на меня суровый взгляд и строгим тоном произнесла:

– И покажите этим высокомерным господам, что девушки созданы не только для того, чтобы вытирать пыль с их кубков.

Я открыла рот и закрыла рот, громко клацнув зубами.

Чувствую себя прямо-таки революционеркой в отдельной взятой отрасли!

80

Весь день прошел вот так – педагоги факультета бытовой магии на практических занятиях просто отправляли меня почитать лекции или понаблюдать с, внимание, безопасного расстояния. Даже на паре по шитью!

Ну как я там могла пораниться иголкой? В глаз ее себе воткнуть вместо ткани?!

Но все мои удивленные возмущения сводились к одному аргументу – иди и покажи этим мужикам, чего мы стоим. На одной паре кто-то даже с галерки крикнул «Фефифистки, ура!», но под выразительным взглядом педагога быстро притих.

Так что к Виктору я пришла в глубокой задумчивости и легкой растерянности.

Не добавляла мне уверенности и необходимость явиться в мужское общежитие. Сначала-то я думала, что ничего особенного там не увижу – это ж почти то же самое, что и казарма, а про эти места братья рассказывали довольно часто. Но едва переступила порог, как поняла – это не казарма.

Это хуже.

На меня пялились вообще абсолютно все – и парни, и зашедшие к своим ухажерам девушки, и даже комендант, огромных габаритов мужик, оравший на нерадивых жильцов, заткнулся на полуслове и проводил меня взглядом.

И только мысль о том, что я – Лаян, а мы не бегаем от проблем, не то что от взглядов, заставила меня идти с высоко поднятой головой не меняя темпа.

– Ты чего такая испуганная? – спросил Микаэль, открывший дверь в комнату к Виктору.

Я молча зашла, сделала шаг в сторону от двери и прислонилась спиной к стене.

– Закрой быстро, – попросила я.

Здоровяк отпустил ручку, и дверь с негромким щелчком закрылась под собственным весом.

– За тобой гнались все чудища аэрена разом? – приподнял брови Стефан.

– Лучше бы все чудища, – буркнула я. – Здесь на меня все так пялились, как будто я шла голая.

– А, привыкай, – лениво отмахнулся Эгилл. – На нас, когда возле женского общежития проходим, ваши тоже смотрят так, как будто хотят съесть. Обратная сторона популярности.

– Бр-р-р… – я передернула плечами.

– А мне нравится, – широко улыбнулся Микаэль. – Я как будто такой умный и красивый и всегда под светом магических софитов.

– И скромный, – добавил Виктор, сидевший в углу, которого я и не заметила.

– Самый скромный! – согласился здоровяк.

Комната наполнилась смехом. Беззлобным и чуть напряженным. Я впервые подумала о том, что атмосфера в команде удивительная. Ребята могут и подколоть друг друга, а Виктор так и вовсе устроить жесткий разнос, но при этом никто не пересекает незримую черту, когда шутки становятся злыми, а критика уничтожающей.

И это заставляло меня чувствовать себя почти как дома.

– Ну что, господа и наша прекрасная дама, – взял слово капитан, когда мы расселись кто где смог. – Завтра у нас первый настоящий бой с живой командой. Она, конечно, не так хороша, как наша…

Тут раздались одобрительные смешки.

– …но все равно довольно опасный противник. У северян было три замены в составе, так что нам будет полезно посмотреть на их новых игроков, да и самим понять, насколько мы сыгрались.

Мы удивительно синхронно стали серьезными, слушая Виктора.

– Победа, конечно, важна, но в основном для имиджа и самолюбия. На самом деле выиграем мы или проиграем, не имеет ровным счетом никакого значения для предстоящего турнира. Наша задача оценить, насколько новый стрелок влился в команду и какие слабые места у нас появились.