Мой тренер всегда говорил, что у меня редкий талант к стрельбе из лука. Он даже пытался уговорить меня участвовать в профессиональных соревнованиях, но я хотела другой жизни. И всё же я побеждала во всех любительских соревнованиях, в которых когда-либо участвовала. Задолго до того, как это стало вопросом жизни и смерти, я овладела луком — самым совершенным бесшумным оружием в нынешних обстоятельствах.

Выходит, у моей жизни всё-таки может быть цель, и это знание — словно спасительный трос, вытягивающий меня из глубин отчаяния.

— Пора составить план, — обращаюсь я к остальным за завтраком, состоящим из горстки сухих кукурузных хлопьев. — У нас осталось не так много времени, когда придётся выбирать между голодной смертью и риском встретиться с фуриями. Лично я выбираю второе.

Звон ложек о миски стихает, и на меня устремляется слишком много внимательных взглядов. Я стою у окна, из которого виден труп, рядом с ним поблёскивает на солнце пистолет.

— Полностью согласен, — серьёзно кивает Дэйв. — Теперь я уже не думаю, что помощь придёт. Нам нужно решить, что делать.

Я благодарно ему улыбаюсь.

— Ну, — говорю я, — оружие нам точно понадобится.

Затем рассказываю о своих способностях к стрельбе из лука.

— Если я могу попадать в летящие тарелочки, то смогу и в заражённых, я уверена, — говорю тоном, который, надеюсь, звучит твёрдо. — Возможно, я ваш лучший шанс выбраться из этого города.

— Дорогая моя, дело не только в технической стороне, — нарушает Генри наступившую ошеломлённую тишину. — Ты хочешь сказать, что готова убивать людей?

Несмотря на дрожь в пальцах и поверхностное дыхание, при взгляде на него я чувствую слабое шевеление похоти внизу живота. Высокий, по меньшей мере вдвое старше меня, с волосами, в которых седины больше, чем тёмных прядей, он говорит негромко и обладает той величавой элегантностью, которая ассоциируется с благородством. Если бы рядом с ним не было жены, я, возможно, задумалась бы о том, чтобы отпраздновать с ним свою новообретённую свободу, пусть и вынужденную. Позволил бы он мне себя соблазнить?

Я отбрасываю все эти мысли и ровно отвечаю:

— Ради самообороны и в ситуации «либо мы, либо они»? Да. Не без сожаления, но без чувства вины и колебаний.

Генри смотрит на меня очень знакомым мне взглядом. Складка между бровями и напряжение вокруг строгих губ ясно говорят: ему кажется, будто он впервые увидел меня по-настоящему. Увидел ту мою сторону, которая совершенно не вяжется с его прежним представлением обо мне, с моей миниатюрностью, привлекательным телом и юным лицом. Осознал, что моя мягкость и безобидность — лишь иллюзия.

— Куда ты предлагаешь пойти? — спрашивает Кевин, поправляя очки на блестящей от пота переносице.

Я рассказываю ему о магазине товаров для стрельбы из лука в нескольких кварталах отсюда, который нашла, пока у нас ещё был интернет.

— А потом? — подталкивает он меня.

Я честно отвечаю, что не знаю, но, по моим прикидкам, выбраться из города в менее густонаселённую местность было бы разумно.

— Знаете, я думал, что неплохо бы добраться до острова, — говорит Кевин. — Это обособленные территории с меньшим населением и более строгим контролем границ. Даже во время пандемии COVID-19 островные государства в целом справлялись лучше материковых. Мы здесь близко к побережью, можно взять лодку и, если повезёт, добраться до Эльбы, Корсики или Сардинии. Я умею ходить под парусом. Если доведёте меня до судна, я доставлю вас на остров.

— Звучит неплохо, — соглашаюсь я, льющийся из окна солнечный свет греет мне спину.

— Нет, — резко возражает Генри. — Звучит как красивая сказка. Не более того.

— Что вообще может пойти не так, правда? — киваю я ему, пытаясь выдавить невесёлую улыбку. — Я прекрасно понимаю, что план малореалистичный. Как и любой другой сейчас. Но сидеть здесь и ждать помощи, которая не придёт, — значит обречь себя на голодную смерть.

— Мы ведь можем просто выходить за едой и возвращаться сюда, non9? — осторожно предлагает Дельфина.

— По-моему, это разумнее, — говорит Генри.

— Конечно, на первый взгляд это может показаться безопаснее. Но каковы ваши долгосрочные перспективы? Каждые несколько дней красться за припасами через толпы заражённых? Годами сидеть здесь взаперти? Если подумать, каким бы безумным ни казалось моё предложение, на деле из двух вариантов оно разумнее. Подумайте об этом, пожалуйста.

Снаружи доносится карканье. Я оборачиваюсь и вижу, что вороны прилетели пировать над брошенным трупом.

6

ИНСТИНКТ УБИЙЦЫ

Только Дэйв, Кевин, Джош, Амит и Моника решают отправиться со мной на следующий день. Хотя я, по сути, и не ожидала, что к нам присоединится кто-то, кроме моих новых друзей, я не готова к сокрушительному чувству поражения, которое испытываю, когда мне не удаётся убедить пойти с нами больше никого.

Особенно Дельфину.