Помощь Алека становилось всё легче принимать. Интересно, не стоило ли ей из-за этого беспокоиться? В своём времени она так упорно боролась за независимость. Когда родители отказались от неё, она испытала полное бессилие — и поклялась больше никогда не чувствовать себя такой беспомощной. Ирония состояла в том, что, очутившись в этой эпохе, ей пришлось снова и снова принимать чужую помощь. Она заняла у герцога немного денег, вложила их на бирже и сумела не только вернуть долг, но и скопить небольшую сумму на собственном счёте. Но даже одежда на ней была куплена благодаря герцогской щедрости. Она жила в роскоши не собственными стараниями, а благодаря герцогу. И только связь с герцогом Элриджем позволяла ей расспрашивать представителей высшего света. Даже Сэм, слуга короны, не имел подобного доступа.

Заметив, что Алек смотрит на неё, Кендра заставила себя снова сосредоточиться на Карлотте.

— Внешне она вполне могла бы быть его дочерью, — сказала Кендра. — Чёрные волосы, тёмно-карие глаза. Очень красивая. Шарлотте было всего шесть, когда она пропала в море.

Кендре несколько раз доводилось работать с художниками, которые по детским фотографиям пытались воссоздать взрослые лица пропавших людей. Она помнила их объяснения.

— Сильнее всего дети меняются в семь-восемь лет. Выпадают молочные зубы, из-за чего меняется форма рта и челюсти. В этом возрасте особенно активно растут и изменяются кости лица.

— Герцог говорит, что сходство поразительное.

— Возможно, герцог видит то, что хочет увидеть. Но судя по портретам Шарлотты и Арабеллы, сходство действительно есть, — нехотя признала Кендра. — Особенно, пожалуй, с Арабеллой. Это логично: Шарлотта была похожа на мать. Я наняла мистера Келли, чтобы он послал людей в Испанию проверить рассказ Карлотты.

Алек кивнул.

— Я возьму расходы на себя.

Кендра слабо улыбнулась.

— Герцог тоже предложил оплатить расследование. Расходы беспокоят меня меньше, чем сами поиски. В её истории подозрительно мало подробностей. Все, кто мог бы подтвердить рассказ, либо умерли, либо исчезли без следа. Думаю, она рассчитывает прикрыться войной.

Алек нахмурился.

— Что бы ни удалось выяснить, на это может уйти много времени.

Кендра раздражённо вздохнула.

— Знаю. И меня это бесит, потому что всё это время она будет обрабатывать герцога.

— Обрабатывать?

— Убеждать его, что она его дочь. Ей даже не пришлось стараться, чтобы он пригласил её пожить у себя. Он сам сразу предложил. По-моему, она такого не ожидала.

— Вы же не предлагаете ему оставить её в гостинице?

— Нет, наверное. Но теперь она живёт под его крышей. И мне это не нравится.

Несколько минут они шли в молчании. Слышались лишь шорох ветра в траве да изредка птичьи трели и щебет в деревьях. Позади Молли время от времени останавливалась, чтобы сорвать полевой цветок.

— Мистер Келли отправит человека и в деревню Элридж, — сказала Кендра. — Карлотте известны подробности, которые невозможно узнать без предварительного расследования. А для этого пришлось бы расспрашивать жителей деревни и слуг в замке. На этом она может и погореть.

По крайней мере, Кендра очень на это надеялась.

Они начали подниматься на холм. Алек взглянул на неё.

— А если её слова — правда?

Кендра споткнулась, и он мгновенно подхватил её под локоть.

— Неужели вы в это верите?!

— Я не знаю, чему верить, — признался он и покачал головой. — Почти невозможно представить, что Шарлотта пережила крушение корабля и всё ещё жива. И всё же люди иногда спасаются при кораблекрушениях, знаете ли.

— И объявляются через двадцать лет?

Он пожал плечами.

— Она была ребёнком, а в Испании шла война.

— Почему вы встаёте на её сторону?

— Я не встаю на её сторону. Но мы должны хотя бы допустить такую возможность. Мой дядя её допускает.

У Кендры свело желудок. Она вспомнила, как в глазах герцога вспыхнула надежда. Он хочет, чтобы это оказалось правдой.

— Что вы помните о Шарлотте? — спросила она. Голос прозвучал немного прерывисто, но это можно было списать на подъём в гору.

Алек долго молчал.

— Очаровательная девочка, — наконец ответил он и улыбнулся воспоминанию. — Умная, конечно же. Носилась повсюду как сорванец. Когда я гостил у них, ходила за мной по пятам, словно щенок. Забрасывала вопросами, болтала без умолку.

Улыбка сошла с его лица.

— Когда я узнал, что Шарлотта и Арабелла погибли, у меня разрывалось сердце. Герцог был вне себя от горя. Этого я никогда не забуду.

Услышав боль в его голосе, Кендра взяла Алека за руку и слегка сжала её, желая утешить. Помощь, поняла она, принимает разные формы. И вовсе не обязательно движется лишь в одну сторону. Давать и принимать, принимать и давать. Они уравновешивали друг друга.

Алек искоса взглянул на неё и едва заметно улыбнулся, ответив на пожатие. Некоторое время они шли молча.

— Если эта женщина — шарлатанка, которая играет чувствами герцога и использует его воспоминания, она об этом пожалеет, — наконец произнёс Алек. В его низком голосе прозвучала такая мрачная угроза, что Кендра едва не поёжилась.

— Вспомните Шарлотту, какой вы её знали. Именно эти воспоминания могут помочь поймать Карлотту на противоречиях. И, надеюсь, люди мистера Келли найдут что-нибудь либо в Испании, либо в деревне Элридж. Не думаю, что она действует одна.

Алек резко повернулся к ней.

— Почему вы так считаете?