Кевин застыл по ту сторону густых кустов, через которые только что продрался. Он услышал рев двигателя, услышал сигнал. Услышал даже короткий, панический крик Даррена - прежде чем раздался звук удара. Кевин быстро развернулся и полез обратно через кусты, расцарапав кожу о шипы. Он успел выбраться на дорожку как раз вовремя, чтобы увидеть, как машина переезжает тело Даррена; колесо расплющило голову, как мягкий арбуз.

- Ты что, блядь, делаешь?

Билли остановил машину. Взгляд впился в Кевина. Билли медленно улыбнулся и помахал ему рукой.

Кевин снова спросил:

- Что ты, нахуй, творишь?

Когда Билли увидел телефон, до него дошло: на его собственном устройстве нет ни одной записи, где видно его лицо. Во всех клипах, что он снимал, четко были видны остальные.

Он понимал, что шансы найти Адама почти нулевые - они же в глуши, - так что лучшее, что можно сделать, - подчистить ряды.

Билли рассуждал так: Адаму придется вспомнить, как они все выглядели, чтобы можно было объявить их в розыск. А Билли специально не слишком часто на него смотрел - отворачивался к окну, пока они ехали.

А вот Даррен и Кевин?

Оба пялились на него в упор. Так что, скорее всего, Адам сможет описать их куда лучше, чем его. Хуже того: Билли знал - если Кевина или Даррена поймают, они быстро сдадут его, чтобы скостить срок. Такие уж это были люди.

Билли включил первую и вдавил педаль газа в пол.

Как идиот, Кевин постоял мгновение, пытаясь понять, что, черт возьми, происходит. Когда мозг наконец включился, было уже поздно.

24

Тесса постояла мгновение у двери запасной спальни, потом толкнула ее и вошла, снова закрыв за собой.

Она щелкнула выключателем - единственная голая лампочка под потолком разлила тусклый свет по комнате и ее содержимому.

Тесса огляделась, подумав, что давно пора здесь прибраться. Выбросить пустые коробки, освободить место. Но это подождет. Сейчас есть дела поважнее.

Крис Уайтман лежал в углу, хотя с первого взгляда его скрюченное тело можно было принять за кучу окровавленных тряпок. Голова свесилась на грудь, колени подтянуты к животу - поза эмбриона.

Запястья и щиколотки стянуты пластиковыми хомутами, которыми Тесса его скрутила. В рот забита серая тряпка, примотанная веревкой. Тесса подошла ближе и увидела, что глаза у него закрыты. Вроде без сознания - но она держалась на расстоянии, гадая, не притворяется ли.

Кухонный нож, который она в него всадила, медленно поднимался и опускался с каждым вдохом.

Тесса присмотрелась внимательнее: значит, ничего жизненно важного она не задела, раз он еще дышит. Если бы она перерезала кишки или повредила печень или селезенку - рана давно бы его убила.

Ведь так?

Судя по всему, лезвие вошло в мягкие ткани живота, ниже ребер и выше таза. Тесса прикинула: дюйм или два стали проникли внутрь.

Крови он потерял немало. Алая жидкость все еще сочилась из раны, но Тесса поняла: металл работает как пробка. Сильное кровотечение начнется, только когда нож вытащат. Сколько крови уходит внутрь - она не знала и, честно говоря, плевать хотела.

Она шагнула ближе и ткнула носком ботинка ему в ногу.

Крис Уайтман не шевельнулся.

Тесса попробовала снова - на этот раз пнула сильнее.

Уайтман вздохнул и слегка пошевелился.

Тесса пнула еще раз.

Он приоткрыл глаза, пару раз моргнул и снова закрыл.

- Я знаю, что ты меня слышишь, - сказала она тихо.

Наклонилась и выдернула тряпку у него изо рта.

Уайтман попытался глубоко вдохнуть, но боль, похоже, не дала. Он закашлялся - на губах и подбородке выступила яркая кровь.

- Мне нужен врач, - прохрипел он.

- Надо было думать об этом, прежде чем пытаться меня изнасиловать, - отрезала Тесса.

- Я не насиловал тебя, - простонал Уайтман.

- Ты бы это сделал.

- Слушай, просто вызови мне врача, а? Мне очень больно.

- Это я, по-твоему, должна переживать из-за твоей боли? Ты думал о моих чувствах, когда вломился сюда и пытался меня изнасиловать? Нет, не думал.

- Просто вызови мне, блядь, врача, - прорычал Уайтман сквозь стиснутые зубы.

- Здесь приказы отдаешь не ты. Уже нет, - сказала она ровно. - Теперь я главная.

Уайтман поморщился и снова закашлялся.

Тесса села на пол в паре футов от него, поджав под себя ноги.

- И что ты собираешься делать? - спросил Уайтман. - Сидеть тут и смотреть, как я подыхаю?

- Могу придумать и что похуже. И ты это заслужил.

Его поведение вдруг переменилось. Лицо, и без того бледное, приняло умоляющее выражение.

- Пожалуйста, вызови врача, - выдохнул он. - Мне реально хреново.

- Попроси как следует, - сказала Тесса с тонкой улыбкой.

- Что?