- Я сказал, смотри, - настаивал он, чуть повысив голос. - Посмотри на меня.

Тесса неохотно подчинилась, стараясь смотреть ему в глаза. Он все еще натирал свой твердый ствол, подаваясь бедрами в ее сторону.

- Смотри, каким ты сделала меня твердым, - вздохнул он, продолжая двигать рукой вверх-вниз. - Ты, грязная ебаная сука, - oн засмеялся, и у нее на затылке зашевелились волосы. - Посмотри на мой хуй. Посмотри на него.

Она закрыла глаза.

- Смотри, блядь, на него, пизда!

Эти слова он проорал ей в лицо. Они отдались эхом в маленькой комнате, и Тесса вздрогнула от его рева.

На мгновение она подумала: а вдруг кто-то в доме услышал? Может, они услышали эти слова и уже идут ей на помощь. Вот-вот раздастся стук в дверь, кто-то позовет ее, спросит, все ли в порядке. Спросит, нужна ли помощь. Она подбежит к двери, впустит спасителей, и на этом вторжение закончится. Полиция утащит его. Она даст показания в суде. Его посадят, и...

- Снимай леггинсы.

Когда Уайтмен заговорил снова, голос его вернулся к низкому, угрожающему шепоту. Она взглянула на него и увидела, что он вытащил из кармана мобильный телефон. Он держал его перед собой, снимая ее.

Больной ублюдок фотографировал.

Она услышала щелчок.

И еще раз.

Уайтмен хмыкнул.

- Погоди, вот они увидят тебя, - хрюкнул он.

- Кто? - спросила Тесса.

- Я отправлю это своим друзьям, - сказал он. - Им понравится.

Тесса сжала кулаки, ужас ее стремительно превращался в ярость.

- Теперь снимай леггинсы, - повторил он, все еще держа телефон. - Ты ведь хочешь хорошо выглядеть на видео, да?

Не открывая глаз и трясясь так сильно, что едва могла ухватиться за ткань, она засунула большие пальцы за пояс леггинсов и начала их стягивать.

- Нет-нет-нет, - укоризненно сказал Уайтмен. - Медленно. Делай это так, как раздеваешься перед своим парнем. Сделай это сексуально.

Он снова засмеялся. И снова у нее на затылке зашевелились волосы.

Тесса сделала, как он велел: стянула леггинсы с узких бедер, до колен, потом до щиколоток.

- О, да, - хрюкнул Уайтмен, опуская телефон, и Тесса бросила на него взгляд достаточно долгий, чтобы увидеть, что он мастурбирует быстрее. - Давай, ебаная сука. Снимай их совсем.

Она подчинилась, стряхнув их ногами. Она стояла в одной футболке и трусах, слушая его тяжелое дыхание - он приближался к развязке.

Когда все закончится, он, может, уйдет. Просто позволь ему сделать то, что он хочет. Выпроводи его. Чего бы это ни стоило.

- Сядь и вытяни ноги перед собой, - потребовал Уайтмен, подходя ближе, рука все еще быстро двигалась по стволу. - У тебя, блядь, отличные ноги. Раздвинь их немного, - oн потянулся за телефоном свободной рукой, делая еще несколько снимков.

Тесса сделала, как он сказал. Он шагнул вперед. Теперь он был всего в трех-четырех футах от нее.

- О, блядь, да, - простонал он, не сводя взгляда с ее бедер, удовольствие было почти на самом пике. - Снимай трусы.

На этот раз она не смогла сдержать слез. Она сидела неподвижно мгновение, тело слегка дрожало, глаза наполнились слезами, которые потекли по щекам.

- Снимай, - хрюкнул он.

Она помедлила еще секунду.

- Я, блядь, убью тебя, если не снимешь, - заверил он ее, голос стал густым и вязким.

- Я могу сделать для тебя другие вещи, - всхлипнула она, лицо исказилось, щеки блестели от слез.

Уайтмен ахнул, потом внезапно сильно сжал член и хрипло простонал.

- Знаю. Поэтому я еще не собираюсь кончать, - выдохнул он. - Зачем сейчас, если я могу кончить тебе в рот? Или в пизду? Или в жопу? Или, блядь, на все твое лицо, - oн ухмыльнулся. - Тебе бы это понравилось, да? Скажи, что хочешь, чтобы я это сделал. Скажи, как хочешь, чтобы я тебя, блядь, использовал. Скажи.

Она кивнула.

- Скажи, - настаивал он. - Скажи. Я хочу услышать, как ты это произнесешь. Скажи, что хочешь отсосать мне, - голос его внезапно снова стал громким. - Говори, блядь!

21

Тесса почти не думала, что делает.

Это была чисто инстинктивная реакция.

Инстинкт выживания?

Она схватила кружку с чаем, что еще стояла на подлокотнике дивана, и плеснула горячую жидкость в Уайтмана.

Большая часть попала в цель. Горячая бурая жижа попала ему на живот и пах, и он заорал от боли.

Тесса поймала себя на мысли, что чай должен был быть кипятком. Ей хотелось, чтобы он почувствовал настоящую боль. Чтобы корчился от мук.

Уайтмана горячий чай, хлестнувший по члену, ошеломил сильнее, чем ранил. На разбухшей головке эрекции это было больнее, и он взвизгнул, чувствуя, как боль разливается по низу живота.

- Ёбаная сука! - прошипел он, отступая.