Задавать эти вопросы Аргону было бессмысленно, поэтому она держала их при себе и страдала втайне.

— Откуда у тебя замок? — вместо этого спросила она, пока Аргон снимал с Асвады седло, дорожные баулы и все остальные атрибуты.

На земле стояло ведро с чистой водой, и кобыла жадно пила. Вскоре после этого Аргон провёл щёткой по её шерсти.

Его движения были гипнотическими, круговыми, медленными и изящными. Какое-то время никто не говорил, и всё, что можно было услышать, — шорох щётки по корпусу Асвады, от головы до хвоста. Гея поняла, что это момент связи между Аргоном и лошадью, и замерла позади них. Она хотела помочь, но знала, что не может зайти так далеко.

Аргон заговорил спустя некоторое время. Его голос звучал тихо, и Гея подумала: очень-очень устало. Она никогда не слышала, чтобы его голос был таким — не просто пустым, а словно подавленным какой-то неуловимой тяжестью. Возможно, его измотало путешествие на Магнусе? Возможно, это событие было не такое уж и впечатляющее, как казалось со стороны?

— Король Кеагорл даровал мне несколько дворянских титулов, и каждый из них включает в себя владения. Этот замок принадлежит Великому герцогу Чёрных Земель. Северное графство включает в себя ещё один дворец на вершине горы, а барону Кровавого Языка принадлежит целая заброшенная деревня. Она так и называется — Кровавый Язык, потому что когда-то через неё протекала небольшая речка, воды которой окрашивали в красный цвет водоросли. Теперь, конечно, речка пересохла. Большинство владений разваливаются и не делают меня богатым или что-то в этом роде. Честно говоря, меня всегда мало волновал внешний вид и тот факт, что люди называют меня лордом Драккеном, титулом, который Кеагорл создал специально для меня. Я принял его только по одной причине.

— Потому что Принц и Коперник кипели яростью, когда это случилось?

Аргон резко остановил свою работу , бросил щётку на землю и посмотрел на Гею.

— Продолжаешь использовать на мне проклятые ментальные способности?

— Я же говорила, у меня нет ментальных способностей! Я просто сделала вывод! — возразила она.

Аргон похлопал Асваду по задней ноге, и кобыла выбежала из конюшни. Казалось, она была рада возможности скакать галопом. Гея заметила, что Асвада направилась к холму , где расположились драконы, и спросила Аргона, не опасно ли это.

— Кто нравится Магнусу , не в опасности. А он и Асвада относятся друг к другу с большой симпатией. Позже драконы раздобудут еду и для неё.

Действительно, кобыла приблизилась к стаду без страха. По сравнению с ними она была крошечной, а драконы к тому же хищники. Но никто не пытался на неё напасть. Напротив, они, казалось, отступали, если Асвада подходила слишком близко, словно боясь поранить её своими чешуйчатыми когтями. Это был такой трогательный пример мирного сосуществования разных видов, что Гея растрогалась.

— Перестань плакать из-за всего. Пойдём внутрь. Мне нужно смыть с себя эту чёрную землю.

— Почему земля такая тёмная?

— Почва всегда здесь была песчано-глинистая, а засуха полностью её высушила. Но по словам прорицателя, который много путешествовал по этой территории, глубоко в почве всё ещё есть вода. Я построил колодец, но мы пока не нашли достаточно глубокого водоносного слоя.

Тогда Гея опустилась на колени. Потом она прижала к земле обе открытые ладони.

Слова прорицателя оказались правдой. На создание чистой воды и ростков потребовалось меньше времени, чем обычно. В мгновение ока из орошаемой земли показалась полоса вереска, усеянная жёлтыми и фиолетовыми соцветиями, гвоздики цвета фуксии и пучки красной и синей черники.

Гея повернулась к Аргону , сияя от радости.

— Если бы жила здесь, я бы в мгновение ока превратила всю землю в сад! — весело сказала она.

Но Аргон не выказал ни малейшего признака радости.

— Ты никогда не будешь жить здесь, поэтому земля останется такой навсегда, — сухо ответил он. Улыбка Геи исчезла. — Пойдём внутрь. Тебе нужно привести себя в порядок, а то выглядишь как пугало.

Улыбка Геи исчезла совсем.

Пока возвращались к замку , она больше не оглядывалась по сторонам. Её взгляд был прикован к чёрной, покрытой пылью земле, грязным туфлям и мятой одежде. Она провела рукой по своим кудрям, представляя себя уродливой. Определённо уродливее, чем обычно.

Они вошли в замок, перейдя по подъёмному мосту.

В вестибюле (мягко говоря, циклопических размеров), с голыми каменными стенами, крутая лестница без балюстрады вела на верхний этаж. У начала лестницы, внушая неподдельный трепет, возвышался огромный комплект металлических доспехов, дополненный алебардой, засунутой в железную перчатку . Казалось, доспехи вот-вот оживут и обрушат топор на любого прохожего. Пол тоже был выложен каменными плитами, и всё вокруг казалось немного мрачным, отчасти из-за недостаточного освещения. Нескольких свечей не хватало, чтобы полностью охватить пространство.