— Я не совсем уверена, сэр. О да, разврат был, но никогда не было жестокости. Например, другой господин уже давно бы наказал мою чрезмерную откровенность. Кроме того, более чем очевидно, что с молодой леди обращались очень хорошо, и она не выглядит как пленница. Но я уверена, Ваша Светлость знает , что делать. Я позабочусь об одежде.

Следующий вопрос Аргона был задан с некоторой нерешительностью, словно он на самом деле не хотел знать то, что его интересовало.

— Ты не знаешь, Матери обладают ментальными способностями? Гипнотическими или чем-то подобным?

— Я исключаю это, сэр. Если бы они могли гипнотизировать или околдовывать кого-либо, их бы не держали в рабстве так долго.

Лицо Аргона впервые глубоко нахмурилось.

— Принеси мне что-нибудь выпить, — велел он служанке.

— У нас ещё есть яблочный сидр, господин.

— Я бы предпочёл что-нибудь покрепче, но соглашусь и на это, — пробормотал Аргон. — Постарайся всё-таки привести в порядок старое платье Геи: когда мы снова отправимся в путь, ей придётся надеть его, даже если оно и в плохом состоянии.

Оставшись один, Аргон тяжело опустился в кресло, словно охваченный неожиданной усталостью.

Пока он размышлял, есть ли у девушки особые способности, нехарактерные для других Матерей, кто-то снова постучал. Аргон поспешно открыл дверь, предположив, что вернулась Уинфлед, и увидел перед собой Гею.

Волосы девушки были растрёпаны, глаза затуманены свежими слезами. Халат висел, обнажая ключицы и ямочку между ними. Ничего больше, поскольку Гея была вся закутана, но эта проклятая ямочка показалась ему самым похотливым зрелищем в жизни.

«Что со мной не так?

Я схожу с ума?

Может в дополнение к синдрому заключённого есть и синдром похитителя?»

Прежде чем он успел что-либо сказать, Гея вошла и закрыла за собой дверь.

— Можно я останусь здесь на ночь? — прямо спросила она.

— Нет.

Гея нахмурилась и нервно накрутила прядь волос на палец.

— Почему нет? Мы спали рядом несколько недель, на одной циновке. Мне... мне приснился ужасный сон. Я вспомнила, что произошло сегодня утром, на какой риск я пошла, и всю эту кровь, и я пришла искать тебя. Я не хочу быть одна. С тобой я чувствую себя в безопасности и...

— Гея, я сказал нет. Вернись в свою комнату . Там ты тоже будешь в безопасности.

— Пожалуйста. Я могу спать на полу. Я тебя не побеспокою.

— Не заставляй меня повторять в третий раз.

Он взял её за руку, намереваясь выпроводить, но услышал стук и догадался, что на этот раз вернулась Уинфлед.

— Спрячься где-нибудь, — тихо приказал он Гее, бросив на неё гневный взгляд. Не хватало только того, чтобы служанка застала её здесь и решила, что он имеет на девчонку какие-то виды.

«А у тебя есть виды на девчонку».

У него имелись виды, ещё какие, но скоро он отправит Гею обратно к ней в комнату и направит свои извращённые мысли в другое русло.

Аргон открыл дверь, поспешно схватил поднос, который служанка собиралась внести внутрь спальни, и закрыл дверь. Бутылка, стакан и тарелка, прикрытая салфеткой, чуть не соскользнули на пол.

Он поставил поднос на первый попавшийся предмет мебели, затем повернулся к Гее, бросив в её сторону взгляд, который стал ещё более угрожающим, чем раньше. Гея пряталась за дверью и в тёмном углу казалась крошечной.

— Что тебе, чёрт возьми, нужно, Соплячка? — снова резко спросил он.

— Я тебе уже сказала. Не хочу быть одна.

— Откуда ты узнала, где моя комната?

— Догадалась, что она на этом этаже, по кивку миссис Уинфлед. Потом, пока шла по коридору , я увидела, как она выходит из этой комнаты. Я остановилась в нише стены, подождала, пока она уйдёт , а затем постучала. И нет, она меня не заметила, если это твой следующий вопрос.

— Хорошо, теперь уходи с той же осторожностью. — Его голос опасно приблизился к низкому рычанию.

Однако в этот момент от стен разнеслось гораздо более громкое рычание. Отчётливый тревожный крик за замком издавал Магнус. Вскоре к нему присоединились гортанные вопли других драконов, и, казалось, будто начался конец света.

— Не смей покидать замок, — Аргон предупредил Гею и вышел из комнаты.

Беспокойство драконов с приближением ночи было необычным. Если Магнус первым, а затем и его сородичи, наполнили небо криками, похожими на те, что могла издавать земля, когда трескается, то драконы определённо делали это не по пустяковому поводу . Драконы умели отличать реальную опасность от пустякового происшествия. Они бы не отреагировали так на крысу или змею, неосторожно заползшую им в лапы. Они бы просто съели их, без всей этой неразберихи.

Быстро спускаясь по лестнице, Аргон приказал слугам, в испуге выбежавшим из своих комнат, не высовываться. Когда вся стая драконов была взбудоражена, она не терпела ни единого постороннего, даже на расстоянии.