Я слегка сдвинула занавеску и заглянула наружу. Передо мной тянулся длинный белый ковёр, простиравшийся по белому песку и ведущий к алтарю — плетёной деревянной конструкции, украшенной орхидеями, гибискусами и френджипани. Цветы добавляли яркие акценты к белым шёлковым драпировкам, контрастируя с кристально-голубым морем на заднем плане, создавая сцену, почти нереальную своей идеальностью. Эти гармоничные цвета создавали ощущение, будто сама Вселенная помогла сделать наш день ещё более особенным.

Все гости были на своих местах, и среди рядов белых стульев с лентами, мягко колышущимися на ветру, я узнала несколько знакомых лиц.

Было уже после трёх часов дня, и я с нетерпением ждала заката, который скоро превратит пляж в волшебное место.

Маленькие стеклянные фонарики, выстроенные вдоль прохода, были готовы зажечься с заходом солнца. Их тёплый мягкий свет создавал бы волшебную и романтичную атмосферу.

В нескольких шагах от арки из свежих цветов стоял огромный белый шатёр, предназначенный для гостей, которые собирались на тост после церемонии. Под крышей столы были украшены морскими композициями — с ракушками, морскими звёздами и маленькими кораллами.

Всё было идеально, именно так, как я представляла, и это стало возможным благодаря нашим друзьям, которые помогли нам своими ценными усилиями.

— Джун! — снова воскликнула мама.

Мой момент действительно настал.

Я только надеялась не всё испортить из-за волнения. Сердце готово было вырваться из груди, а руки слегка дрожали, сжимая букет между пальцами.

Я переступила через занавеску и медленно шагала по белому ковру. Рядом со мной была мама, её рука переплеталась с моей, именно так, как должно быть. Она вела меня к алтарю, ведь она была единственным человеком, кто воспитал меня и кто мог проводить меня в новую фазу моей жизни.

Моё длинное платье шелестело при каждом шаге, а запах цветов смешивался с морским бризом, который ласкал лицо и развевал белые шёлковые драпировки, закреплённые на стойках вдоль прохода. Я была так взволнована, что сначала почти не замечала гостей. Чем дальше я шла, тем медленнее казалось время. Только когда я наконец глубоко вдохнула, я увидела тронутый вид моей тёти, которая держала на руках Огаста. Вдруг я осознала: на меня смотрят все мои родственники и друзья. Но только один взгляд имел значение.

Взгляд Джеймса, который ждал меня у алтаря. Рядом с ним я увидела Марвина, Блэйза, Джексона и Уилла, который присоединился в последнюю минуту.

Джеймс выглядел невероятно элегантно в своём тёмном костюме на заказ, подчёркивающем его широкие плечи. Идеальная огранка сапфиров, более глубоких, чем небо, гипнотизировала меня и всех гостей. Волосы, на этот раз аккуратно уложенные, испытывали моё самообладание, и мне пришлось сдерживать желание провести по ним рукой, когда я подошла достаточно близко.

Джеймс не постарел ни на день с того момента, как я его впервые встретила; казалось, он открыл секрет вечной молодости. Черты лица оставались неизменными, взгляд был таким же проницательным, а улыбка — как раньше.

Однако, заметив его с опухшей щекой, плохо замаскированной тональным кремом, я почувствовала внутреннее смятение. Я должна была рассердиться за то, что он пришёл на нашу свадьбу в таком виде, но вид этой раны мгновенно вернул меня к нашим первым встречам и вызвал странную ностальгию.

Когда я остановилась перед ним, я улыбнулась, опустив взгляд. Заметила, как его сложенные руки слегка дрожат.

Официальный представитель начал свою речь, и я начала шептать.

— Почему Уилл без обуви?

— Ты прекрасна, Уайт.

— Прекрати так меня называть.

— Это в последний раз, когда могу так тебя называть, — сказал он. — Позволь мне.

Тейлор, стоявшая рядом со мной вместе с Мэй, Поппи и Тифф, прочистила горло, чтобы нас предупредить, и мы с Джеймсом сразу замолчали, чтобы не получить выговор.

Я бросила взгляд на гостей и среди первых рядов увидела Блэйза рядом с Тэмми, а чуть дальше — моего отца. Я улыбнулась, заметив, что он соблюдал мою просьбу оставить пустое место рядом с собой.

После вступительной части наконец настал момент свадебных обещаний.

— Я что-то написал, но потерял это в море, так что теперь вы получите хорошую импровизацию, — объявил Джеймс, вызвав смех у всех присутствующих.

Он взял меня за руку, и я ощутила дрожь в его пальцах.

— Я не буду ходить вокруг да около. — Он глубоко вдохнул, прежде чем продолжить. — Ты спасла меня, Джун.

Голоса гостей стихли. Стало так тихо, что я услышала, как волны разбиваются о скалы вдали.

— Это не метафора, это правда. Ты спасла меня, потому что никогда не отказалась от меня… никогда. Ты могла бы… — Джеймс поправился. — Ты могла бы оставить меня много раз, раньше. Например, когда я грубо ответил тебе в школьной раздевалке после того, как ты случайно пролила на меня кофе.

Я почувствовала, как щеки горят, а кто-то рассмеялся.

— Или когда я обидел тебя на вечеринке у Уилла.

О нет, я поняла, что он собирается делать.

— Обидел меня, Джеймс? В тот раз ты запер меня в подвале Уильяма!

— Я знаю, но об этом нельзя было говорить при твоих родителях, — прошептал он, а затем прочистил горло. — Ты могла бы оставить меня, когда я впервые прогнал тебя из дома. Но и во всех случаях, когда я подшучивал над тобой с друзьями.