— Джексон, а ты тем временем бронируешь билеты.

— Ладно. Нам нужно вернуться к какому сроку? — спросил блондин.

Повисла пауза, во время которой Джеймс смотрел на меня.

— В один конец, — наконец ответил он.

Я почувствовала, как сжалось сердце, но так было правильно. Это было лучшее решение.

Позже я перечитывала дипломную работу в постели, а Огюст спал рядом со мной.

— Возьмём первый ночной рейс, — прошептал Джеймс и поцеловал малыша в лоб.

— Хорошо, но сначала ты должен заехать к Джасперу.

— Зачем?

— В смысле зачем?! Я хочу, чтобы ты с ним попрощался. И помни, что ты должен вернуться вовремя к защите моей дипломной и к его выпускной церемонии.

Джеймс кивнул.

— Пообещай, Джеймс, — сказала я серьёзно.

— Я вернусь вовремя. Обещаю, Белоснежка.

 

 

 

 

 

 

 

10

Блейз

Вечером встречи у Джеймса я укрылся за своей гордостью, и результат оказался плачевным. Мы с Джексоном едва перекинулись парой слов.

После ночи финала чемпионата мы общались только по телефону, и ни один из нас так и не набрался смелости разобраться во всём. А когда заболел его дедушка, я решил, что не стоит давить ещё сильнее, и без возражений принял его переезд к бабушке. И всё же мы оба понимали, что это всего лишь способ поставить наши проблемы на паузу.

Я уже больше десяти минут бесцельно кружил на машине по району его бабушки с дедушкой, когда он позвонил.

— Я скоро улетаю.

— Опять? — спросил я.

— Лечу в Мексику с ребятами.

— Мальчишник Джеймса?

— Нет, Блейз. Уилл пропал.

— Что?

Джексон рассказал, что произошло, и чем больше подробностей я узнанавал, тем яснее становилась серьёзность ситуации. Наши трения мгновенно отошли на второй план.

— Надолго ты уезжаешь?

— Не знаю.

— Свадьба меньше чем через неделю, Джекс.

— Знаю… но сначала мы должны найти Уилла.

Я молча кивнул.

— Слушай, Блейз, прости за тот вечер.

— Правда?

— Да. Я повёл себя как полный придурок.

— Выйди, — выпалил я.

— В каком смысле, Блейз?

— Я перед твоим домом. Выходи.

Через несколько минут Джексон сел в машину, наполнив салон своим приятным ароматом. На нём была красная футболка, и стоило мне его увидеть, как сердце подпрыгнуло к горлу — как всегда, когда он оказывался слишком близко.

— Почему ты здесь? — спросил он с подозрением.

— Тебе не приятно?

— Очень приятно, Блейз. Просто я думал, ты больше не хочешь меня видеть. Ты принял мои извинения?

— Я хотел услышать их лично.

Он наклонился и поцеловал меня коротко, в губы. От волнения у меня скрутило живот.

— Прости, — прошептал он за секунду до того, как его язык скользнул между моими губами.

Но я прервал поцелуй, собрав всю силу воли.

— Ты хочешь поставить мне ультиматум, да?

— Нет, Блейз.

— Тогда давай возьмём паузу, чтобы всё обдумать, — сказал я, отстраняясь.

— Ты хочешь всё закончить, но не решаешься, потому что мой дедушка болен?

Я покачал головой.

— Не поэтому. Я хочу, чтобы ты использовал эти дни вдали, чтобы подумать, — ответил я.

Джексон смотрел на меня ошеломлённо.

— Ты меня бросаешь? Снова? Не могу поверить!

— Нет. Но через два месяца я вернусь в кампус, а ты снова начнёшь тренировки на другом конце страны…

— И что? Нам хорошо вместе, Блейз. Мы часто на расстоянии, но когда я с тобой, больше ничего не имеет значения.

Я кивнул, опуская взгляд на свои колени.

— Наши друзья знают, мои бабушка с дедушкой знают. Все знают. Это всего лишь работа…

— Это моя жизнь, Джекс.

— Это наша жизнь, — поправил он. — Я просто прошу тебя немного терпения.

— Я не из эгоизма так говорю. Просто мне больно видеть тебя с этими девушками.

— Я знаю. Но мне что, разорвать контракты только потому, что ты ревнуешь, Блейз?

Лазурные глаза Джексона не отрывались от моих. Похоже, мы не могли найти точку соприкосновения.

— Найди Уилла, Джексон. А потом возвращайся ко мне.

 

 

11

Марвин

После того как я заехал к Уиллу домой, чтобы забрать его ноутбук, и сел в машину, мне пришло сообщение от Джеймса.

Отправляемся сегодня ночью. Собирай чемодан.

Он что, шутит?

Я покачал головой. Я не мог просто так уехать, не предупредив на работе. К тому же отпуск у меня начинался только через два дня — я уже подал заявление. Значит, нужно было дождаться его.

Я всё ещё думал, что ему ответить, но, переступив порог дома, отвлёкся на силуэт Поппи. Она стояла у плиты в жёлтом платьице и с большими серьгами в форме ромашек.

Я увидел, как она подняла голову и улыбнулась мне своей лучезарной улыбкой.

— Марвин, наконец-то! Ты позвонил своему начальнику? — спросила она, надевая кухонные прихватки.