— Ты уверен? — спросил я, замечая, что он с интересом наблюдает за Ари, которая разговаривала с другим парнем, но всё время оборачивался к нам.

— Я не могу её простить. И всё же, я люблю её.

— Тебе станет легче, когда ты простишь её. Но не обязательно снова быть вместе.

— Джеймс, мы только что стали друзьями, а ты уже начинаешь давать указания? Меня зовут не Джексон, не Уилл и не Марвин, — сделал мне замечание он.

В другой ситуации его шутка заставила бы меня рассмеяться, но сейчас она задела меня больше, чем следовало.

— Мне не следовало поступать с Ари, но… ты знаешь, я придурок.

Наш обмен репликами оборвался, когда я заметил вход. Джун только что вошла в дверь, и я чуть не потерял дар речи.

— Везучий придурок, однако, — сказал я с удовлетворением.

Моя девушка была в белом платье и с надувшимся скучающим лицом. Я медленно подошёл к ней. Она вертела головой, будто ищя кого-то.

— Мне тебя не хватало, — сказал я, как только оказался перед ней.

— Я уже несколько дней дома у тебя…

— Ты поняла. Откуда это платье?

— Не твоё дело.

— Ты прекрасна.

Её живые глаза остановились на моей груди, на моей белой рубашке, а потом снова на моём лице.

— И ты тоже, — сказала она быстро.

— Что случилось? — спросил я.

— Ничего, ничего.

Я слегка махнул рукой, пытаясь обнять её за талию, но она увернулась от прикосновения.

Я слишком хорошо её знал. Она была странная.

— «Ничего» или «ничего, но я видела, как ты разговаривал с какой-то девушкой»?

— Второе, — сказала она с самодовольной гримасой.

— Это была всего лишь очередная девушка, которая сегодня спрашивала меня о всякой фигне. Они не знают, что я больше не торгую… — пожал я плечами безразлично, но Джун не дала мне сойти с рук.

— Ах так, значит, очередная за сегодня?

— Ты собираешься устроить сцену ревности, Уайт? — спросил я с улыбкой.

— Нет, я делаю вот это, Хантер.

Она просунула руку в мои волосы, встала на цыпочки и коснулась моих губ, которые уже ждали её с нетерпением. Она крепко сжала мои пряди, делая этот поцелуй, показанный всем, ещё более страстным.

— Так они понимают, что я полностью твой.

— Вижу, что и ты подготовился, Джейми, — поддразнила меня, повторяя мои слова.

— Совет, Белоснежка. Эти поцелуи на глазах у всех… тебе стоит делать так и в школе, там тоже есть, кому в них сомневаться.

Она опустила взгляд, но уголки губ расплелись в улыбку.

— Тебе лучше? — спросил я, пытаясь вернуться к серьёзному тону.

— Да.

— На днях ты плакала.

— Я знаю. Не делай из этого государственный вопрос, — раздражённо ответила она.

— Дело не в этом, Джун. Моя жизнь такая запутанная, что я рискую завалить тебя своими проблемами и снова поставить твои на второй план.

— Это не так, Джеймс.

— На самом деле так.

— Твои проблемы — это и мои проблемы, и мы решаем их вместе, — сказала она, буквально вырывая у меня слова изо рта.

— Я тебя люблю, чёрт возьми.

И прежде чем она успела ответить, я добавил:

— Здесь слишком шумно. Пойдём отсюда?

Джун взяла меня за руку и улыбнулась.

— Да. На этот раз у меня есть альтернатива.

— Я знал, я знал! — воскликнул я с волнением. — Ты что-то для меня подготовила?

— Тебе нравятся сюрпризы? — спросила она, внимательно глядя на меня.

— Как ты думаешь, Белоснежка?

И мы вышли из спортзала и пришли на футбольное поле, где все огни были выключены, кроме одного маленького уголка, освещённого светом.

— Уайт…

Что здесь делает плюшевый мишка посреди поля?

 

 

87

Джун

— Я подумала о маленьком пикнике на траве, ничего особенного, — объяснила я.

Потом украдкой посмотрела на его образ: белая рубашка, тёмные штаны и волосы, зачёсанные назад. Выглядел безупречно.

— Есть что-нибудь выпить? — спросил Джеймс, вытянув шею с любопытством.

— Да, но главное — поесть.

— О…

— Можешь есть всё, что хочешь, Джеймс, не чувствуй себя обязанным, — успокоила я его.

Он остановился передо мной и опустил голову, чтобы наши лбы соприкоснулись.

— Не знаю, как тебе это удалось.

— Сделать что?

— Ты знаешь. С Джаспером, с моим отцом… и со всем остальным.

— А со мной?

— И со мной. Ты заставляешь меня принимать себя таким, какой я есть, даже когда я чувствую себя…

— Уязвимым?

— Да. И вместе с тем я чувствую себя сильным. Не боюсь быть собой рядом с тобой.

Он замер, а я хотела слушать его бесконечно. Это было как одна из тех историй, которые не хочется заканчивать.

Мы сели на траву, скрестив ноги, и я подтолкнула его за руку, чтобы подбодрить.

— Ты не запачкаешь костюм, правда?

— Думаешь, мне это важно? Давай, продолжай говорить со мной.

Но он наклонился и поцеловал меня.

— Я знаю, как ты ненавидишь надевать это.