Это точно говорил не Блейз, но внезапно раздался другой голос, испугав меня. Я приподнялся и увидел Джеймса в дверях. Я резко натянул одеяло, чтобы укрыть себя и Блейза. К счастью, мы как раз надели трусы.

— Что за хрень, Джеймс?!

— "Что за хрень", я так говорю, — парировал он.

Я схватил брошенную у изножья кровати толстовку, надел её и встал, чтобы подойти к нему. Я осмотрел его большие, яркие зрачки. Голубой цвет занимал слишком мало места.

— Ты под кайфом?

— Спасибо, Джеймс, что испортил мои лучшие моменты, — пожаловался Блейз.

— Я испортил тебе момент? Правда? Мне казалось, что ты уже закончил.

— Джеймс, успокойся, ты что, выпил? — спросил я, видя, что он более возбужден, чем обычно.

— Почему этот ублюдок на меня смотрит? — указал он на Блейза, который тем временем качал головой с недовольством, удерживая простыню одной рукой.

— Ты сказал, что мы в порядке, Джеймс, — сказал Блейз.

— А ты сказал, что расскажешь мне всё, Блейз, — парировал Джеймс.

Что за история?

Я посмотрел сначала на одного, потом на другого, пытаясь разобраться.

— Я ухожу, — взорвался Блейз, соскочив с кровати.

Что происходит?

Я наблюдал, как Блейз натягивает штаны, затем бросил Джеймсу подозрительный взгляд, прежде чем снова обратилась к тёмноволосому.

— Блейз, мы же разговарива…

— Обсудим это позже. Когда его не будет.

Мой парень зол, а мой лучший друг ведёт себя странно.

Что мне делать? Кого выбрать?

— Позвони мне потом, — сказал я Блейзу.

— Позвоню, если захочу, — пробурчал он, прежде чем захлопнуть дверь.

— О чём вы говорили? — пристально посмотрел я на Джеймса.

— Спроси у своего парня.

Под растрёпанными волосами, падавшими на хмурый лоб, его щеки были красными, а глаза пустыми.

— Что, чёрт возьми, это значит? Говори, Джеймс.

— Директор уже знает, кому достанутся стипендии. Всё фальшиво. Они не будут ждать итогов года. Так что нет смысла напрягаться, всё заранее решено.

Джеймс говорил быстрее обычного, но казался уверен в своих словах.

— Кому достанется?

— Брайану. Уже решено.

Я нахмурилась.

Брайан действительно очень хорош, но в прошлом году он натворил дел. Почему именно ему?

— Несмотря на то, что его тогда оставили на второй год?

— Придурок-директор делает то, что ему говорит Худ. Не знаю, подкупил ли он его, но точно знаю, что стипендия тебе никогда не достанется, даже если ты заслуживаешь её больше всех.

— Тренер и я не в хороших отношениях, — подчеркнул я в этот момент.

— Именно. Я хочу, чтобы его уволили, этого придурка. Он и директор должны увидеть тебя с Блейзом на выпускном. Чёрт бы побрал.

— Ты только что сказал, что Блейз… — Согласованность Джеймса была как у слепой кошки на трассе. — Если хочешь поговорить со мной, Джеймс, хорошо. Но оставь Блейза в стороне. Можешь рассказывать об его отце, но не о нём.

Джеймс был слишком нервным, поэтому я посмотрел на свою помятую кровать и вспомнил Блейза несколько минут назад, как он натянул боксёры под одеяло, хотя мы ещё были одни. Он накрылся одеялом, потому что не любил раздеваться передо мной. Но для меня он был идеален, даже без кубиков на животе и широких плеч.

— Блейз предатель, Джекс.

Это заявление вывело меня из себя. Если уж Джеймсу чему-то нужно было научиться, так это уважать Блейза.

— Джеймс, о чём ты, черт возьми? Ты под кайфом? Что случилось?

— Этот придурок приходит сюда, забирает лучшее от тебя, а потом идёт домой и действует за твоей спиной.

— Это не так, Блейз ничего не знает о связи Худа и его отца.

Наверное.

Раздались повторяющиеся стуки в входную дверь, поэтому я нехотя пошёл проверить.

Я распахнул дверь и увидел Джун и Уильяма.

Теперь мы все вместе.

А я хотел провести вечер с моим парнем…

— Почему вы здесь?

Джун даже не посмотрела на меня, её глаза были только на Джеймсе. Но взгляд, который она бросала, был не самым дружелюбным.

— Не смотри на меня так, черт возьми, — пожаловался он, сразу повернув спину.

— Как мне смотреть на тебя, Джеймс? Почему ты не сказал, куда пошёл?

— Возможно, потому что не хотел, чтобы ты смотрела на меня вот так.

Он согнулся и пошёл к кухонной раковине, но не подавал признаков успокоения.

— Джеймс, успокойся… — сказал я.

— Пусть она уйдёт, — вырвалось у него, он всё ещё смотрел в пол.

— Почему ты не выгонишь меня сам? Почему это должны делать другие? — поддразнила его Джун.

И Джеймс клюнул на приманку: он развернулся и двумя большими шагами подошёл к ней, возвышаясь над ней всей своей фигурой.

— Убирайся, — прорычал почти в упор к её лицу.

Жуткая тишина воцарилась на кухне у моих бабушки и дедушки, прерываясь лишь звуком шагов Джун, которая, выдержав огненный взгляд Джеймса, с гордо поднятой головой решила вылететь из дома с космической скоростью.

— Ты шутишь? — спросил Уилл, ещё более поражённый, чем я.

— Нет.