Не знала, насколько убедительной была моя фраза; знала только, что сама содрогнулась от холодка, глядя на дверь, через которую только что вышел Джеймс.

Пока Уилл и Джаспер соревновались в FIFA, я поставила воду для макарон и постаралась использовать ингредиенты, что нашла в холодильнике. Вскоре мы с Джасом и Уиллом сели за стол, чтобы съесть тарелки макарон с сыром — и только Уилл не смог доесть свою.

— Должна это принять как оскорбление? Смотри, Джаспер всё съел, — поддразнила я Уильяма, указывая на его половину тарелки.

Он улыбнулся, хотя на самом деле оставался серьёзным и задумчивым на протяжении всего ужина. И хотя я тоже пыталась сохранять хорошее настроение, чтобы не тревожить Джаспера, мне было очень трудно сохранять видимое спокойствие.

— Что случилось? — прошептала я, когда мальчик встал, чтобы поставить тарелку в раковину. Уилл посмотрел на меня, но не сказал ни слова. Я поняла, что он тревожнее обычного, однако, по молчаливой договорённости, мы оба надели улыбки и составили компанию Джасперу перед телевизором, пока Джордан не вернулся домой.

Тогда я посмотрела на часы: было девять вечера, Джеймс отсутствовал почти два часа и ещё не выходил на связь. Я поняла, что мы с Уиллом должны что-то предпринять.

— Уилл, нам нужно идти, — прошептала я ему на ухо.

— Куда? — нахмурился он.

— Как ты думаешь?

В следующие минуты мы попрощались с Джаспером и Джорданом, а затем вновь заговорили только после того, как вышли за дверь дома.

— Джун, я понятия не имею, где Джеймс, — признался Уилл, растерянно глядя в пустоту.

— Позвони Джексу, — предложила я.

Но он покачал головой.

— Я не могу действовать самостоятельно в таких случаях. Я не Джексон, я же говорил. Джеймс не доверяет мне так, как Джексу. Он мне это никогда не простит.

— Ты знаешь, что простит. В последний раз ты спас всем задницу с пожарной сигнализацией. Помнишь? Позвони Джексу, — настаивала я.

Мы стояли на аллее перед домом Джеймса, было совсем темно.

Уилл ещё на мгновение задумался, но в конце концов убедился моими словами и набрал блондина.

— Джекс…

Я подошла ближе, чтобы слушать, но ничего не смогла разобрать.

— Ладно, ладно, — сказал Уилл, затем звонок прервался, и в животе у меня появилась странная пустота.

— Поедем к Джексону...

С облегчением,  маленький вздох вырвался у меня из груди.

— Пошли.

Я подошла к машине матери Уилла, но он так и не сдвинулся с тротуара.

— Нет. Мы не можем идти, Джун.

— Почему?

— Джун… эм, лучше если…

— Едем к Джексону, — приказала я.

Уилл колебался, но только потому, что не понял: если бы он меня не повёз, я бы пошла к Джеймсу одна — на автобусе, на велосипеде или даже пешком, пусть даже пришлось бы идти всю ночь.

— Уилл?

— Эм…

— Сейчас.

 

 

33

Джеймс

Два года назад

— Вау, девчонки, какие у вас фигуры. Пропорции идеальные, у вас могла бы быть отличная карьера моделей, говорю вам честно. Вам стоит попробовать пару фотосессий, — сказал тот мерзкий фотограф, подойдя к Ари и Поппи.

— А тебе бы в тюрьму стоит сходить, кажется, это место тебе по вкусу, — вмешался я за них, не удержавшись.

Этот ужин был настоящей пыткой, поэтому мы с девчонками оставили взрослых наедине и спрятались в комнате Ари. Там я вскоре увидел Амелию, сидящую у меня на коленях, пока бутылка крутилась в центре комнаты, указывая на нас по очереди. Когда она остановилась на единственном парне в комнате кроме меня, внезапно повисла тишина. И дело было не в том, что мне предстояло целоваться с парнем — я никогда не скрывал интерес к старшеклассникам, — а в том, что этот парень был Брайан.

Я велел Амелии сойти с колен и встала.

— Ты должен поцеловать Джеймса, — объявила Поппи, объясняя правила игры.

— Я не собираюсь делать ни хрена, — пробурчал Брайан.

— Это всего лишь игра, не злись постоянно, — ответила она легко.

Я уже начинал терять терпение.

— Я поцелую его вместо тебя, — предложила Ари.

— Что?! — воскликнула Поппи, ошарашенная.

Но Ари уже прижала меня к маленькому диванчику в своей комнате и уселась верхом на мои бедра. Я ошарашено смотрел на её длинные ресницы и ореховые глаза. Правда, мне нравились и парни, и девушки, но этой ночью я бы предпочёл поцеловать этого придурка.

Я бросил ему взгляд. Брайан стоял у двери, смотря на меня с презрением.

«Не хочешь поцеловать меня? Тогда придётся Ари», — подумал я про себя, чувствуя раздражение.

И после поцелуя с ней всё в той комнате только ухудшилось.

— Как всегда, бессердечный, — пробормотала Амелия, морща нос, словно ей было противно от моего поведения.

— Почему?

— Это была игра.

— Поняла, Поппи, хватит повторять.

— Вы меня достали, — вздохнул я, устав от постоянных перебранок девушек.

Я встал и вышел на балкон покурить.

Чёрт, у меня кончились сигареты.

— Какое грустное лицо… — прозвучал чей-то голос снаружи.