— Только одна макропушка ещё работает, — доложил офицер с раной на лбу, и его терминал выплюнул в него сноп искр. — Вокс-связь потеряна на всех нижних палубах!

Бодрас застонал. Это были те мерзкие ракеты, которые выпустила по ним Каменюка. В тот момент, когда они попали в цель, экипаж вздохнул с облегчением, решив, что это пустышки. Затем начались электронные импульсы, постепенно увеличивающиеся в объеме и интенсивности. Каким-то образом ракеты одновременно поглощали и излучали энергию. Эффект был похож на взрыв огромной гранаты, которая вывела из строя механизмы вблизи места падения и полностью оборвала линии связи, проходящие через эту часть корабля.

— Возгорания на кухнях, в казармах и на офицерской палубе! — крикнул другой офицер.

— Вызовите туда группу пожарной команды, — приказал Бодрас. Если пожар в этой части фрегата не будет ликвидирован, корабль будет фактически разрезан на две части.

— Команда, назначенная на этот участок, погибла из-за пробоины в корпусе, — доложил лейтенант Коллорус. — Сейчас мы пытаемся перенаправить туда другую команду.

— Не пытайтесь, а перенаправляйте! — прорычал Бодрас. Он уставился на обзорный экран рядом с собой. Астероид медленно приближался к фрегату, поворачиваясь, чтобы навести на Стервятник неприлично огромную пушку, установленную на его поверхности. Некоторые из мелких кораблей орков разбегались, напуганные приближением своего громадного товарища. Другие же, слишком потерянные в своём бездумном стремлении к разрушению, продолжали носиться вокруг фрегата.

— Ещё больше пробоин в корпусе на палубах с девятнадцатой по двадцать четвертую!

— Управление огнём повреждено! Не могу поднять управление огнём!

— Последняя макропушка замолчала!

— Дельта-батарея сообщает о перегреве двух плазменных батарей!

Бодрас перевернул кувшин вверх дном, сливая последние капли со дна. Он отбросил пустой сосуд в сторону, наблюдая, как гаситель инерции подхватил его и разбил о переборку.

— Доложите на Кастеллакс, — холодно произнёс капитан, наблюдая, как каменюка поворачивается на месте. — Передайте им, что мы задержали орков настолько, насколько смогли.

Бодрас наблюдал, как в пасти огромной пушки разгорается яркое свечение.

— Передайте нашим грозным хозяевам, чтобы ожидали гостей, — проворчал Бодрас. Он опустил взгляд на свой элегантный пиджак. Было очень жаль, что столь изысканная одежда будет испорчена.

Мумифицированные человеческие останки, связанные стальными сухожилиями и облаченные в железные мантии, с широко разинутыми в ледяном крике ртами, Вечный хор вырисовывался со сводчатых высот, благовония капали с их иссохших грудей, безумие ползло в их сморщенных глазах. Каждый сервитор был прикручен к лицевой стороне изогнутого столба, их сломанные руки обвивали лицевую сторону. Из горла автоматонов доносилось низкое пение, в котором гармония песни сочеталась с воем зверей.

Чудовищный напев разнесся по мрачному залу внизу. Прометиевые лампы отбрасывали инфернальное сияние, заставляя странные тени скользить по колоннам и плясать по богато украшенным стенам. В игре багрового света и чёрных теней на стенах вновь разгорелись битвы на барельефах, вновь освещая древние кампании Себаста IV и Олимпии. Закованные в броню гиганты сражались на залитых кровью площадках, их позолоченные болтеры и цепные мечи сверкали отраженным светом. Каменные титаны обрушивали потоки разрушения на кричащие массы человечества, колючие башни, ощетинившиеся оружием, обрушивались на космических десантников Легиона Имперских Кулаков, а злорадные убийцы, украшенные геральдикой Железных Воинов, насылали гибель на тех, кто пытался вырваться из ловушки.

Повсюду на фресках повторялся один и тот же ужасающий образ. Грозный лик Железного Воина, облаченного в роскошные доспехи Терминатора, со штурмовым болтером и силовым когтем, инкрустированным сверкающими рубинами. Половина лица космодесантника состояла из плоти, остальное — лишь металлический оскаленный череп. Где бы ни появлялся этот громадный воин, у его ног лежал растерзанный враг. В его пронзительном взгляде всегда чувствовалась злоба и сила.

Восседая на троне из чистого алмаза, прозрачного, как лёд, и прочного, как адамантий, с когтистыми лапами и сложенными крыльев за спиной, монстр со стены окидывал мрак стальным взглядом. Плоть его лица была покрыта шрамами от ужасных ожогов и разъедающей ласки того, что невозможно себе представить. Металл его открытого черепа щетинился кабелями и проводами питания — гнездо синтетических змей, которые обвивали шею Железного воина, а затем погружались в гнезда, разбросанные по громоздкой броне. Даже в состоянии покоя, в залах Железного бастиона, самой могучей крепости на Кастеллаксе, Кузнец Войны Андрааз держал себя запертым в своей древней терминаторской броне. Поговаривали, что его тело не покидало пластале-керамитовую оболочку уже пять тысячелетий.