Однако этот план слишком зависел от случая и близости, чтобы Родаан чувствовал себя уверенно, поэтому он считал его запасным. Основные надежды возлагались на работу Пазуриэля. Бомбардировщик был оснащён воксом — примитивным кристаллическим устройством, предназначенным для приёма орочьих передач, заполонивших атмосферу Кастеллакса. Хаотичная смесь военных команд и хвастовства заняла время, чтобы выделить сигнал, который выделялся бы на фоне общего шума. Если сигнал будет достаточно мощным, его заметят мамелюки в Железном Бастионе, следящие за орочьими коммуникациями. Опасность, конечно, в том, что на большом расстоянии они не смогут заглушить другие передачи. Как и мигающие огни, вокс требовал близости к Вораго.

Как близко? Этот вопрос тревожил Родаана. Не будет толку, если их опознают как Железных Воинов, когда самолёт уже будет падать в пламени.

Далёкий гул орудий достиг бомбардировщика, мгновение спустя фюзеляж задребезжал от зенитных снарядов, бьющих по нему.

— Какие-то чересчур ретивые ксеносы, — проворчал Узраал из одной из оружейных башен. Он откинулся от стеклянного иллюминатора, дождавшись, пока стук по фюзеляжу утихнет. — Неужели эти тупые твари не понимают, что мы на одной стороне? — добавил он с угрюмым шипением.

Бельфегор отвлёкся от своего поста. Броня Железного Воина была запятнана кровью, плечо пронзено осколком зенитки, пробившим фюзеляж во время бегства из Диргаса.

— Можно сбросить на них пару бомб. Тогда, может, поверят.

Узраал погрозил кулаком другому Раптору и вернулся к своему посту. Именно он предложил сбросить бомбы вскоре после отлёта из Диргаса. Решение было разумным — орочьи боеприпасы были нестабильны и взрывоопасны, именно то, без чего можно обойтись при аварийной посадке. И всё же другие члены отряда «Кирит» с удовольствием поддразнивали брата за это.

— Приближаемся к Вораго, — объявил Гомори из кабины, разом прервав перепалку между Узраалом и Бельфегором.

Родаан прошёл к носу самолёта, глядя на чёрный разлив Вораго, наблюдая, как осаждённый город проступает из облаков пыли и дыма. С этой точки Родаан по-новому оценил разрушения, причинённые орками. Кроме самого Железного Бастиона, укрытого пустотными щитами, не было участка города, не пострадавшего от врага. Сотни пожаров горели бесконтрольно, целые районы превратились в чёрные руины. У периметра стен и огневых рубежей кишели орды чужаков, сражаясь и стремясь пробить оборону, чтобы ворваться в непокорённый город. Орков, казалось, было куда больше, чем помнил Родаан. Он гадал, сколько подкреплений получила орда за часы, прошедшие с его перемещения через имматериум с помощью зловещего Демонкулума Ориакса.

Беспорядочный зенитный огонь, осыпавший бомбардировщик, как сказал Узраал, был от орков. Они всё ещё были слишком далеко, чтобы попасть под огонь обороны Вораго. Но это скоро изменится. Родаан видел чёрные, стервятнические силуэты орочьих самолётов над городом, видел, как некоторые из них вспыхивали, сгорая в небе.

— Брат Пазуриэль! — крикнул Родаан. — Начинай передачу! Если братья примут нас за орков, пощады не будет.

— Всё готово, лорд-капитан! — отозвался Пазуриэль. — Огни начали мигать, и я сейчас веду голосовую передачу. — Раптор снял шлем и поднёс грубый орочий вокс-передатчик к губам. Устройство распознавало только самые громкие тона и каким-то образом отличало органические звуки от синтетических. Грубым, глубоким голосом Пазуриэль прорычал в громоздкий передатчик код, выбранный Родааном. Что-то простое и прямое, что даже низший мамелюк не мог бы не узнать.

— Железо внутри! Железо снаружи!

Боевой клич Железных Воинов, гимн, который дозволялось произносить только космодесантникам. Мониторы в Железном Бастионе не могли неверно истолковать послание. Передача мгновенно дойдёт до братьев. Самолёту дадут безопасный проход в Вораго.

Расстояние сокращалось, стены и руины Вораго становились всё чётче. Родаан слышал за спиной лишь голос Пазуриэля, повторяющий клич. Он смотрел через стекло, наблюдая за мигающими огнями на крыльях. Если вокс подведёт, их единственный шанс на опознание — последовательность огней. Родаан следил за правым крылом, видя, как сигнал повторяется.

Когда украденный бомбардировщик приблизился к зоне действия батарей на периметре, треск голоса из приёмника Пазуриэля заставил Родаана оставить кабину и вернуться в отсек. Он уставился на вокс, слушая, как раболепный голос Плоти обращается к Пазуриэлю.

— Неопознанный самолёт, — сказал раб. — Вас просят прекратить передачу и перейти на защищённый канал.

Лицо Пазуриэля исказилось от досады.

— Если бы у нас было оборудование для защищённой передачи, стали бы мы возиться с этим тёмновековым хламом, — огрызнулся он.

Мгновение тишины, затем раб вернулся.

— Неопознанный самолёт. Передайте код идентификации Воздушной Когорты Кастеллакса.

— Я пристрелю эту тварь, когда приземлимся, — пообещал Узраал.

— Не если я первым доберусь до его шеи, — прорычал Пазуриэль, затем вернулся к воксу. — Мы Железные Воины, возвращающиеся из рейда на Диргас. Нам не выдавали дневной код. Это орочий самолёт без средств обработки кода, даже если бы он у нас был.

Раб из Железного Бастиона был либо упрям, либо боялся отклоняться от инструкций.

— Неопознанный самолёт. Не приближайтесь к городу без подтверждения идентичности.

Родаан слышал, как хрустнули костяшки Пазуриэля, сжимающего рукоять передатчика.