— Эй, — выдыхает она, с трудом сдерживая улыбку. — Не отвлекай меня.

— Я тебя не отвлекаю. Это тренировка. — В моей улыбке появляется веселая нотка. — Ты как таран, маленькая. — Прежде чем она успевает зарычать на меня, я добавляю: — Это достойно восхищения. Я сражался и тренировался со многими такими, как ты. Но тебе не помешало бы стать немного больше похожей на меня.

Она дергает рукой, пытаясь высвободиться, но я держу крепко. В ее глазах буквально сверкают искры.

— Ты должна мыслить тактически. Быть готовой ко всему. Использовать все, что есть под рукой. Чтобы выжить, ты должна быть готова делать даже самые неприятные вещи. — В ее глазах появляется удивление во время этого совета. В моем голосе звучит выкованная веками уверенность. — Когда ты впервые почувствовала магию?

Она морщится.

— После того, как мы занялись сексом. Но ведь это не может быть…

— Хотел бы я, чтобы могло, — с сожалением говорю я. — До этого.

— Кровь, — восклицает она. — Ты дал мне свою кровь.

Я ухмыляюсь. Умная пара.

— Хочешь еще?

Я провожу клыком по большому пальцу, едва замечая боль, и подношу его к ее губам. Она втягивает кровь в рот, и я стону. Она замирает.

— Продолжай, — хрипло говорю я. — Мне никогда не перестанет это нравиться.

Она проводит языком по ранке и жадно высасывает кровь. Меня словно ударяют кулаком, и я с трудом удерживаюсь на ногах. Неглубокий порез затягивается прежде, чем она успевает взять еще крови.

— Мне хорошо. — Она расправляет плечи. — Я чувствую ее. Марк! — восклицает она. — Она вырывает руку из моей хватки и протягивает вперед ладони. — Смотри.

Вокруг них мерцает слабое голубое сияние. Я настороженно отступаю на шаг и принюхиваюсь. Пахнет раскаленным металлом, и инстинкты предупреждают меня держаться подальше.

— Пахнет цепями, — рычу я.

— Это называется лассо, — взволнованно говорит она. — У сестры моей двоюродной бабушки была такая сила. Видимо, она была не очень мощной, но на какое-то время она могла подчинять вампира своей воле. Самые сильные из нас отращивают крылья, когда активируют магию. — Улыбаясь, она качает головой. — Хорошо, что я не настолько сильна. Я до смерти боюсь высоты. Никогда бы не смогла. — Голубое сияние становится ярче, и у меня сжимается грудь.

Напоминание оказывается слишком сильным, и я снова настороженно отступаю. Лицо Лии омрачается. Сияние исчезает.

— Черт, — шепчет она. — Прости.

— Нет, — рычу я. — Не извиняйся. Мы должны тренироваться. — Я шумно выдыхаю и разминаю плечи. — Это своего рода расплата, истребительница. Призови ее снова.



Через час Лия уже может удерживать меня своей волей целую секунду и заставлять поднимать руку ко рту.

— Мы закончили? — Она встряхивает руками.

Прошедший час был пыткой, но то, как она раскрывается, затмевает мой страх. Теперь ей легче, чем прежде, она улыбается и радуется своей силе.

Я никогда не смогу отнять у нее это.

— Нужно еще.

Она смотрит на меня исподлобья. Пот стекает по ее шее и скользит между грудей.

— Нам нужно удерживать Джулиана хотя бы три секунды. Ты можешь призвать больше магии? — добавляю я.

Если Лия и таран, то я еще хуже. Все мое внимание сосредоточено на уничтожении угрозы со стороны Джулиана, особенно теперь, когда он нацелился на мою истинную. Страх за нее постоянно сидит у меня в голове.

Она хмурится и закрывает глаза.

— Возможно. Я чувствую, как она восполняется, но медленно. Будто меня растягивают, как мышцу. Думаю, если дать ей время, я смогу получить больше. — Ее веки дрожат. — Может, нужно больше крови. — Она лукаво улыбается.

— Больше крови? — Я вскидываю брови. — Придется ее заслужить, негодница.

Ее рот складывается в идеальную букву «О», а затем улыбка возвращается. Эта улыбка говорит мне, что она уже что-то задумала. Все мое тело пробирает электрическим разрядом.

— Я не подчиняюсь вампирам.

Через несколько секунд она уже прижата мной к стене. Ее жаркие и требовательные губы изгибаются в улыбке под моими. Она уже ждет, что я проникну языком ей в рот и пососу ее язык. Наши губы отчаянно скользят друг по другу.

Она так хороша, так страстно желает меня, так идеально мне подходит. Она способна утолить вампирскую жажду наслаждения — ту жажду, о которой я забыл. Такое чувство, будто все эти века части меня были погребены, а теперь она вскрывает меня, слой за слоем.

Никогда еще я так сильно не хотел, чтобы меня сломали.

Я спускаю бретели ее платья и обнажаю ее прекрасную грудь. Соски крупные, темные, словно сами просятся мне в рот. Я сжимаю один, просто чтобы увидеть, как ее губы приоткрываются на выдохе. Она уже потеряна в наслаждении.

— Что ты сказала, пара?

Я сжимаю сильнее.

— Я не подчиняюсь тебе. — Она улыбается мне из-под ресниц. — Если только ты не заставишь.