Одно из щупалец обхватило мое запястье, сжимаясь, как змея, и обжигая кожу. Я закричала и попыталась выдернуть руку, но хватка оставалась мертвой. За неимением других вариантов я выхватила пистолет и выстрелила в тварь. Ее нечестивый вой эхом разнесся по узкому переулку, и она отпустила меня, оставив на коже маслянистую обжигающую субстанцию.

— Блядь!

Я слишком поздно осознала, насколько была не готова к этой схватке. Я держала демона на мушке, пока он пульсировал, увеличиваясь в размерах и без малейших усилий скользя ко мне на своих отростках-щупальцах. В кармане оставался еще один картридж, но мне нужно было время, чтобы перезарядить шокер.

Поэтому я стреляла, и когда пули прошивали демона насквозь, от него отрывались целые куски. Существо визжало, и этот звук, словно скрежет когтей по школьной доске, пробирал до костей. Я стиснула зубы и продолжала стрелять, пятясь назад и увеличивая дистанцию.

Когда обойма опустела, я сунула пистолет в кобуру и достала шокер с картриджем.

Руки дрожали, хотя я сомневалась, что от страха — скорее от боли. Место, где меня коснулся демон, все еще горело.

Я продолжала отступать, сохраняя дистанцию, и на ходу заряжала последний картридж. Демон дрожал и пузырился, как будто кипел. А может, так оно и было. Я представляла, что он в бешенстве. И лишь когда что-то выстрелило из него и просвистело у меня над головой, до меня дошло, что он делает: возвращает мне мои же гребаные пули.

Твою ж мать!

Я нырнула за мусорный бак, спасаясь от града пуль, которые издавали жуткий высокочастотный звук при ударах о металл, и все-таки умудрилась вставить новый картридж в шокер. Наконец наступила тишина — по крайней мере, со стороны демона. Зато я шумела как гребаный трактор, тяжело и прерывисто дыша.

Медленно я выглянула из-за контейнера, но демона не было.

— Вы что, блядь, издеваетесь? — прошептала я.

Я высунулась чуть дальше, и в этот момент еще одна пуля впечаталась в контейнер прямо возле моего лица.

Я вскрикнула и отшатнулась, но успела заметить тварь, светящуюся фиолетовым перед тем, как она выпустила очередную пулю. Я схватила крышку от мусорного бака. Используя ее как щит, я вышла из-за контейнера. Пока демон наливался светом, готовясь выплюнуть в меня еще одну пулю, я прицелилась и выстрелила.

На этот раз оба дротика попали в цель. Я вжала спусковой крючок, словно сила тока могла увеличиться от того, насколько сильно я на него надавлю.

Демон запульсировал и вспыхнул, засияв как рождественская елка.

Я попятилась к рюкзаку, который по глупости бросила у входа в переулок, и вытащила клинок. При виде него визг твари стал еще громче.

— Что, страшно, ублюдок? — процедила я.

Я никогда раньше не дралась на ножах и понятия не имела, как его правильно держать, но страха не было, потому что ток, проходящий через демона, парализовал его на месте. Я подошла вплотную, занесла кинжал, сжав рукоять в кулак, и вонзила его в тварь.

Разрез дался легко, и я ударила с такой силой, что кончик лезвия звякнул об асфальт, а моя рука соскользнула. Я перехватила рукоять поудобнее и продолжила свою неистовую атаку, подпитываемую чистой яростью.

Когда я закончила, все показалось слишком тихим. А может, это просто потому, что до этого стоял такой дикий шум.

Я стояла на коленях, тяжело дыша и наблюдая, как его розоватое тело съеживается и превращается в черную золу.

Затем я посмотрела на кинжал.

Он буквально расплавил эту тварь. Как будто был создан именно для этого.

— Да что же это такое? — пробормотала я, поворачивая клинок в тусклом свете. Поднимаясь на дрожащие ноги, я была уверена лишь в одном.

Мне нужно достать этот нефрит, и как можно скорее.

ЗАХАРИЯ

Резиденция архиепископа Лиска располагалась прямо напротив Первого Храма, представляя собой уменьшенную, но не менее поразительную версию его вожделенной церкви. Это был огромный особняк с сияющим мраморным фасадом, витражными окнами и крышей со шпилями.

Своеобразное святилище, воздвигнутое во славу его собственной алчности.

Я забарабанил в дверь и несколько раз подряд нажал на звонок, прежде чем затянуться сигаретой.

Я дождался, пока Лиск откроет, и выдохнул густой дым прямо ему в лицо.

— Аларик, — произнес я.

— Мистер Зареф, — его голос звучал напряженно, а брови сошлись на переносице. — Чем могу помочь?

— Я принес кое-что, что, как мне кажется… принадлежит вам, — сказал я.

Я видел, как он напрягся, а выражение его лица стало почти обнадеженным, глаза заблестели внутренним светом.

Позади меня послышалось шарканье ног, и я шагнул в сторону: Кассиус и трое охранников протащили два тела по безупречно чистой каменной дорожке Лиска, а затем свалили трупы прямо на его ступени.

Лицо Лиска побагровело.

— Полагаю, вы с ними знакомы? Джонатан Коваль и Джозеф Берк, — произнес я, ногой переворачивая их на спину, чтобы Лиск мог хорошенько рассмотреть.