Я чувствую его приближение. Близость этой древней энергии, чёрный туман, тянущийся ко мне. Я никак не смогу добраться до главной дороги. Я умру здесь, в этом лесу, в том же месте, где умерла моя тётя. Меня тоже не сожгут. Меня поглотит то, что преследует.

Сквозь ужас я чувствую, как внутри меня нарастает волна магии. Вен говорила, что сильные эмоции — хороший призыватель. Сильнее этого уже не будет. Это ощущение не похоже на то, что было раньше, на легкость и гармонию. Теперь это похоже на жар и цунами, слившиеся воедино. Искры летят из кончиков пальцев, и в груди такое чувство, будто я проглотила молнию.

Я разворачиваюсь и встречаю существо лицом к лицу. Меня не схватят без боя. Если я паду, то паду, как подобает ведьме. Я паду в громе и адском пламени.

Мои руки резко вытягиваются вперед, и наружу вырывается магический шар. Он желто-оранжевый, как фейерверк, и попадает рогатому чудовищу прямо в грудь. Существо шатается, но продолжает двигаться. Я посылаю в него еще один заряд, и на этот раз оно останавливается. Останавливается и распадается прямо у меня на глазах. Ревет, извиваясь и уменьшаясь, превращаясь в пепел и пыль. А затем от него остается лишь куча сажи на дороге в нескольких футах от меня.

Меня накрывает волна головокружения. Я поворачиваюсь и шатаясь, иду к шоссе. Хозяин этого существа, возможно, всё ещё здесь, недалеко. Мне нужно добраться до безопасного места. Начинается дождь, сначала лёгкий, а затем усиливающийся. Он хлещет по коже, холодный и резкий.

Изнеможение не дает мне покоя, зрение то появляется, то пропадает. Выполнение этого магического трюка отняло у меня много сил. Я чувствую себя опустошенной, словно бумажная кукла, которую может унести ветром. Каким-то чудом мне все удается… Я моргаю, и передо мной простирается шоссе.

Последнее, что я вижу перед тем, как потерять сознание, это большой серый грузовик, мчащийся по дороге сквозь дождь.

Глава 21 Роуэн

Я просыпаюсь в своей постели, а Каттикус Финч тыкает своим холодным, влажным носиком мне в щеку.

— Что за хрень, — стону я. Даже попытка поднять руку, чтобы отодвинуть ее, кажется мне непосильной задачей. Я прикрываю пульсирующий лоб рукой. Я вся мокрая и волосы, и одежда.

— Интенсивное использование магии может так повлиять на ведьму. По крайней мере, я такое слышал.

Я резко выпрямляюсь. Ксандер в моей комнате. «Мне мерещится?»

Он сидит в дальнем конце, на одном из кресел. Минерва обвилась вокруг его плеч, прижавшись к спинке кресла, а Цирцея лежит у его ног.

— Я нашел тебя на шоссе, — говорит Ксандер. — Ты потеряла сознание.

В голове такая вата, что думать больно. Я вспоминаю события обрывками. Видение прошлого. Нападение чудовища из засады. И да, магия, моя магия.

— Я убила его, — тихо говорю я.

— Кого? — Ксандер резко выпрямляется.

— Демона.

Даже несмотря на усталость, мне нравится недоверчивое выражение, которое появляется на его лице.

— Что, чёрт возьми, произошло? — спрашивает он.

Когда я начинаю свой рассказ о событиях, он хмурится, а по мере продолжения повествования выражение лица сменяется на более злое. Когда я заканчиваю, он не хвалит меня за мою боевую магию и не говорит, что рад, что я жива.

— О чём ты думала, отправляясь туда одна?

Я встаю, о чем тут же жалею, но стискиваю зубы, чтобы ничего не показать.

— Что именно из нашего вчерашнего разговора ты не понял? — резко спрашиваю я. — Я не собираюсь просто сидеть сложа руки и ждать своей очереди.

— Ага, значит, выбежать и встретиться лицом к лицу с демоническим убийцей — это более разумная идея? — он скрещивает свои крепкие руки на груди и сверлит меня взглядом.

— Кстати, шериф думает, что ты убийца, — рычу я. — Значит, я никак не могу избежать опасности, что бы ни делала.

Ксандер замирает на месте.

— Ты в это веришь?

— Я тебя не знаю. Меня уже предавали раньше, так что мне не впервые ошибаться в людях. — мои глаза сверкают, когда я смотрю на него в упор.

Он тоже встает и выглядит ужасно злым.

— Ты правда думаешь, что если бы я был убийцей, я бы поднял твое бессознательное тело с обочины дороги и отвез домой? Думаешь, я бы смог преодолеть твои защитные барьеры?

Я подхожу к нему через всю комнату.

— Нет. Большую часть времени ты просто большой придурок. Почему я такая спокойная, если думаю, что ты пришел меня убить?

— Ты называешь это спокойствием? — он машет рукой в мою сторону. — Тогда мне бы не хотелось, чтобы ты вышла из себя.

Мы стоим в тридцати сантиметрах друг от друга. Меня трясет и от гнева, и от того, что я все еще мокрая после дождя. Ведь, шел дождь, когда я пыталась убежать от демона. Одежда Ксандера тоже влажная, несомненно, от того, что он вылез из своего грузовика, чтобы нести меня. Его темные волосы растрепаны и взъерошены, что совершенно не сочетается с жестким контуром его сжатой челюсти и огнем в глазах.