— Ксандер, похоже, не заметил этих попыток, — продолжает Мария. — Вот почему я тебя предупреждала о нем. Он давно затаил обиду и, кажется, не собирается от нее отказываться. — она на мгновение опускает взгляд, а затем снова поднимает его на меня. — Он что-то знает об этих убийствах. Возможно, даже причастен к ним. Ты взрослая женщина, Роуэн, поэтому я не буду тебе указывать, что делать, но настоятельно советую тебе держаться от этого человека как можно дальше.

Я снова киваю и возвращаюсь в дом за цветами. Марии не о чем беспокоиться. Ксандер ясно дал понять, что не поддерживает мое вступление в Общество, и я ни в коем случае не готова от этого отказаться. Мы зашли в тупик.

Вскоре день подходит к концу, и Вен находит меня в столовой, где кейтеринговая компания расставила серебряные подносы с едой вдоль всего огромного стола из красного дерева. По всей видимости, они тоже ведьмы: название «Очарованная Кейтеринговая Компания»- это завуалированный намек на их узкую целевую аудиторию.

— Пора одеваться, — говорит Вен, беря меня за руку и ведя к лестнице. — Этот вечер для тебя очень важен и не только в одном смысле.

Мы поднимаемся по лестнице, проходя мимо Минервы и Цирцеи, которые отдыхают на полпути. Они отмахиваются от пыли в лучах солнца, падающих сверху. Весь день я старалась не думать об этом: о моем последнем прощании с Сибил. И о первом шаге в совершенно новую жизнь.

Я останавливаюсь перед своей комнатой и делаю глубокий вдох.

— Думаю, я не готова её отпустить. — слезы подступают к глазам, в горле перехватывает дыхание.

— Всё будет хорошо, — говорит Вен, шагая вперёд и обнимая меня. Она гладит меня по спине. — Мы все скучаем по ней. Её отсутствие будет причинять боль ещё долгое время. Но она всегда будет рядом с тобой в магии. Каждый раз, когда ты произносишь заклинание или используешь свой гримуар, она там, в этом пространстве, в той энергии, которая тебя окружает. Навсегда.

Я всхлипываю и отступаю назад, глядя в фиолетовые глаза Вен.

— Я об этом не подумала.

Она кивает.

— Это не совсем прощание. Это просто изменение в динамике ваших отношений.

При этой мысли меня переполняют эмоции, и на этот раз мое лицо заливается слезами радости. Вен снова меня обнимает.

— Пойдем. Иди в душ, а я тебе подберу несколько вариантов накидок.

* * *

Когда солнце садится за деревья, начинается праздник жизни. Ведьмы собираются в атриуме, наполненном черными орхидеями и белыми свечами, которые десятками парят в воздухе над головами всех присутствующих.

В одном конце атриума на мольберте, рядом с подиумом, украшенным черным шелком, стоит большая фотография Сибил в рамке. Мы с Марией стоим там вместе с остальными Старейшинами, включая других людей со всего мира. В общей сложности, это около двух десятков лидеров Общества Ворона.

Остальные ведьмы толпятся в пространстве за пределами этого места. Для празднования жизни мы надеваем плащи из золотого или жёлтого бархата. Тот, который я выбрала, насыщенного золотого цвета, и мне кажется, что это цвет глаз дракона. Мария и другие Старейшины проводят нас через различные заклинания и ритуалы, чтобы почтить жизнь, которая была, и жизнь, которая продолжится в виде духа.

Я отгораживаюсь от слов, сосредотачиваясь на волне магии вокруг меня. И Вен права, я чувствую Сибил здесь, с нами. Со мной. В клубах дыма от свечей. В черном блеске лепестков цветов. В дожде, бьющем по стеклянной крыше над нами.

Часы пролетают незаметно, и вот настало время произнести мои клятвы.

— Пока отмечаем переход одного человека на следующий этап духовного пути, мы приветствуем новую душу, ведьму, которая посвящает себя Обществу, — произносит Мария. — Выходи, Роуэн Стоункрофт.

Я подхожу и встаю прямо перед ней.

— Повторяй за нами, — диктует Мария. Когда я киваю, она начинает: — Я клянусь быть верной Обществу Ворона. Поддерживать честь и доброту.

— Я клянусь быть верной Обществу Ворона, — повторяю я. — Поддерживать честь и доброту.

— Я клянусь уважать и защищать своих собратьев-ведьм, — говорит одна из других Старейшин.

Я повторяю эти слова тоже.

— Я клянусь бережно относиться к планете, на которой мы живем, — говорит другая.

— Я клянусь быть доброй и сострадательной ко всем живым существам.

— Я клянусь стремиться к балансу и справедливости во всем.

— Я клянусь быть верной себе, ибо без этого не смогу отдать себя целиком другим.

Я повторяю все клятвы и с каждым словом, слетающим с моих губ, чувствую, как с моих плеч спадает тяжесть. Тяжесть, которую я так долго несла, даже не осознавая этого. Бремя, созданное неверностью самой себе, забвением того, кто я есть на самом деле. Когда произносится последняя клятва, по моей щеке скатывается слеза — одновременно печаль и благодарность. За все годы, оставшиеся позади, и за все годы, которые еще впереди.

И в этот момент воздух вокруг меня наполняется ароматом магнолии, и я чувствую прикосновение руки Сибил к своей щеке.

— Добро пожаловать в Общество Ворона, Роуэн Стоункрофт, — говорит Мария с улыбкой.