Завопив, Пустой врезался в меня, сбил с ног всем весом своего гниющего тела, и мы оба потащились вниз по насыпи.

Ремень на рогатке натянулся и оборвался с одной стороны, пока я валялась в грязи и опавших листьях, отбиваясь и отбрыкиваясь от Пустого, вцепившегося мне в плечо.

Мы врезались в дерево, и я вознесла хвалу духам леса за то, что чудовищное существо отлетело от меня. Я же пронеслась по листьям прямо к подошвам сапог двух фэйцев.

Один из них сделал выпад вперед, замахнувшись мечом так близко ко мне, что я увидела на заточенной стали клинка отражение собственной смерти. Но Пустой заорал от дикого негодования, и рядом со мной на землю упала отрубленная рука.

Я поползла назад, пиная существо, что вновь набросилось на меня. Оно не сводило с меня мертвых глаз, а его желание убить меня было таким сильным, что я почувствовала его прикосновение к своей душе.

— Еще рано, — выплюнула я. Мне удалось зайти слишком далеко, чтобы сейчас погибнуть.

Второй фэец, темноволосый с золотыми глазами, что-то предупреждающе крикнул своему товарищу и перепрыгнул через меня, словно я была просто стогом сена у него на пути. Мне было все равно, ведь я была только рада тому, что они оказались между мной и чудовищем.

Еще один Пустой завопил от безудержной ярости, мчась на нас сквозь деревья. Это была женщина, разорванное платье путалось вокруг ее длинных ног. Но кажется, она не обращала на это никакого внимания, охваченная лишь жаждой принести как можно больше смерти.

Я отползла чуть дальше, запихивая в карман бесполезную рогатку, и наконец, вставая на ноги. Я взяла в руку большой камень, чей вес придал мне равновесия, когда вокруг сапог заплескалась вода из озера.

Поискав взглядом Колтона в приглушенном свете, я обнаружила, что он сражается еще с одним злобным существом, взмахивая мечом с ужасающей силой. Он ударил Пустого по шее и почти снес тому голову. И все же, монстр бросился на него, и они оба упали. Я помчалась к нему, сжимая камень в руке. Но еще до того, как я добралась до Колтона, его тело взорвалось голубым светом, а среди деревьев послышался рев Медведя. Колтон призвал его дух себе на помощь.

Пустой отлетел от него, сломав позвоночник о ствол ближайшего дерева. Но потом он снова пополз к нам.

Фэйцы обменялись удивленными взглядами, но тут же отвлеклись на еще шестерых Пустых, выбежавших из-за деревьев.

Я обернулась, чувствуя, как при виде такой опасности угасает вся надежда. Но Колтон уже успел подняться на ноги, а Медведь с ревом преследовал других Пустых по его приказу.

Медведь бросился на первый оживший труп, разрывая гнилую плоть когтями. Вода с шерсти духа брызнула на деревья и кустарники, и когда зверь наконец оторвался от Пустого, тот больше не двигался.

Двое фэйцев приближались к Колтону, и я бегом рванула туда же, но не успела сделать и пары шагов, как на меня налетело твердое тело.

Сбитая весом Пустого, я упала в грязь. Сквозь его гнилые зубы, которыми он потянулся к моему лицу, желая вырвать кусок плоти, вырывалось зловонное дыхание.

Ногтями он вцепился мне в грудь, и я закричала, сжимая его шею в попытке оттолкнуть. В другой руке я все еще сжимала камень. Замахнувшись, я со всей силы врезала им Пустому. Противный хруст дал понять, что удар попал ему в череп. Впрочем, так убить его было невозможно.

Я извивалась и брыкалась, придавленная врагом, и выкрикивала имя Колтона, как отчаянную мольбу. Медведь же преследовал Пустых среди деревьев и разрывал на куски одного за другим.

— Я иду, Фэррис! — крикнул Колтон, и я увидела его сапоги, топающие по листве на земле. Следом шел кто-то еще.

— Колтон, — прохрипела я. Пустой сдавил ладонью мое горло, его вес выжимал у меня из легких последние остатки воздуха.

Я снова и снова била его камнем, но чудовище не обращало на это ни малейшего внимания, пытаясь разорвать меня на куски. Его внимание было приковано лишь к тому, чтобы убить меня.

На меня хлынул поток воды. Медведь взревел, оттаскивая от меня Пустого и раздевая его тело. Наконец, он смог пронзить его сердце, и разлагающаяся плоть замерла. Колтон потянулся ко мне, но стоило ему наклониться, протянув руку, как темноволосый фэец врезался в него, выталкивая прямо навстречу двум Пустым.

Я в ужасе завопила, когда ожившие мертвецы схватили Колтона за руки, разрывая с нечеловеческой силой, растаскивая в разные стороны, будто боролись за приз.

Медведь понесся обратно на прогалину, стремясь помочь своему повелителю. Но Пустые с отвратительным воплем забрали жизнь Колтона еще до того, как дух успел прийти на помощь.

Из моего горла вырвался сдавленный крик. Меня поглотил ужас, ведь мой единственный союзник здесь погиб во вспышке бесполезного насилия. Это заставляло меня сходить с ума от шока.

Медведь превратился в поток воды, его сила исчезла, вновь вернувшись в лежащий на земле амулет. Он был бесполезен без того, кто снова мог бы призвать духа.