— Мне жаль, Фэррис, — хрипло сказал он. Кожа у него горела. — Это ты хочешь от меня услышать? Что я натворил хуйни? Что я вечно творю хуйню? Ты этого еще не поняла по татуировке у меня на лице? Разве я сразу при встрече не сказал, что ни одно живое существо не хочет иметь со мной ничего общего? Я именно тот, кем ты считала меня с самого начала, если не гораздо хуже.

— Но когда за мной пришли Пропавшие Дети, ты был совсем не таким, — выдохнула я, чувствуя, как по щеке стекает предательская слезинка. — Тогда ты был не жестоким эгоистом, а храбрым, готовым к самопожертвованию мужчиной. Ты всем рискнул, когда пошел за мной…

— Спасти тебя и было эгоистичным желанием, — прорычал он, привлекая меня ближе. Его слова, это проклятие, которое я вынуждена была поглотить, хлестали меня по губам. — Ведь я нашел тебя здесь, в лесу, светлокрылая. Я нашел тебя и решил, что ты моя. Моя удача, моя награда, а может, даже искупление. Но в моем поступке нет ни капли доброты или героизма, потому что я не рисковал своей жизнью, чтобы спасти твою. Я был скорее готов отдать ее добровольно, чем позволить тебе принадлежать кому-то еще.

— Но это какое-то безумие, — выдохнула я, глядя на его губы, замершие так близко к моим. Все мое тело жаждало поцелуя, который оказался бы порочнее греха. — Я человек, я ничто для тебя. Для таких, как ты, моя жизнь пролетает мимо, как вспышка…

— Но на самом деле не совсем, да, Фэррис? Не в твоем случае. Ты возрождалась снова и снова. Тринадцать раз ты отвечала на зов проклятого леса, тогда как я тринадцать раз отказывался к нему прислушаться. Вот только он ничуть не стих, когда я оказался среди деревьев. Не ослаб ни на секунду. До тех самых пор, пока я не встретил тебя. Пока не поймал тебя.

— О чем ты вообще?

— О том, что лес никогда меня не ждал. О том, что все те годы, что я отвергал его зов, я на самом деле отвергал твой. Моя светлокрылая. Мой неуловимый дух, — он провел пальцами по моей щеке, его зеленые глаза впились в мои, фиолетовые.

Я в это время пыталась вспомнить, как дышать. Вспомнить, что я его ненавидела и была на него зла. Что он предавал меня и использовал, какие бы сладкие речи не текли из его уст и как бы бешено не колотилось в ответ мое сердце.

— Они не были мной, — слабо возразила я. — Те женщины с моим лицом. Я их не помню. Не знаю, кого они любили и о чем мечтали.

— Я тоже не знал их. И думаю, на то есть своя причина. Потому что мне было суждено найти именно тебя. Именно тебя я должен сделать своей в этом лесу.

На последнем слове его губы скользнули по моим. В животе у меня все сжалось, тело обдало жаром, каждая клеточка вспыхнула от желания. И все причины, по которым я должна была отказаться прислушаться, отказаться от него, вдруг куда-то испарились.

Я закрыла глаза, приоткрыла губы, приподняла подбородок, и…

Крик Ворона в клочья разорвал воздух, в кронах у нас над головами пролетел сгусток тьмы, что была чернее любой тени.

Мы пригнулись, я закрыла лицо ладонью. По моей руке скользнули шелковистые перья пролетевшего мимо духа.

— Сюда! — раздался мужской голос, и Хендрикс рывком заставил меня распрямиться.

Двое фэйских воинов, преследовавших духа, выбежали на нашу поляну.

Тот, что с темными волосами выпустил стрелу мне в лицо. Она летела так быстро, что я успела только закричать.

Хендрикс закрыл меня собой, и стрела вонзилась в его руку выше локтя. С его губ сорвался полный звериной ярости рык.

— Ворон наш! — крикнул светловолосый фэец, угрожающе поднимая на нас меч. — Оставьте его и мы не причиним вам вреда!

Оскалившись, Хендрикс выдернул стрелу из руки и швырнул в сторону нападавших. Потом он встал между мной и незнакомцами, явно пытаясь меня защитить.

— Эта стрела говорит об обратном, — прорычал он.

— Я выстрелил в ответ на движение, — сказал темноволосый, примирительно поднимая руку. — Думал, что попаду в Ворона, а не в… Кстати, вы кто такие?

— И что это у тебя за татуировка? — добавил светловолосый. Прищурившись, он пытался получше рассмотреть Хендрикса.

Тот как обычно неестественно замер и бросил на меня через плечо полный тысячи предостережений взгляд.

— Не ваше дело, — тихо ответил он и приблизился на шаг к ним. Он будто весь наполнился закипающей угрозой, и явно пытался отрезать меня от них.

Я смотрела на каждого из них по очереди, слыша, как взмахи крыльев Ворона звучат все дальше с каждой упущенной секундой. Нельзя было упустить его во второй раз.

Я должна была его поймать.

Ради Риссы.

— Лес, покажи мне путь, — тихо взмолилась я, развернулась и побежала к деревьям.

Позади раздались крики, и я инстинктивно пригнулась за мгновение до того, как стрела врезалась в дерево прямо у меня над головой. Спину мне прикрывали ветки.

Хендрикс взвыл от ярости из-за того, что я сбежала, и от его вопля из крон вылетела стайка птиц. Сзади послышался звон мечей. Значит, он вступил в бой.

Я опасливо оглянулась через плечо, но фэйцы уже исчезли из виду. Впрочем, Хендрикс был выдающимся воином. Мне пришлось поверить, что он сможет за себя постоять.