Леннон ушла, а я устроился на высоком табурете. Стол стоял на краю зала, в тени рядом с площадкой с механическим быком.

Вокруг кипела жизнь, но казалось, будто я смотрю на все это со стороны.

Леннон обернулась. Ее волосы разлетелись, когда она огляделась с бокалом в руке.

Я свистнул и поднял руку, пока она не заметила меня и не подошла.

— Каково это — стать богаче на семьдесят пять баксов? — спросил я.

Она усмехнулась, садясь рядом так близко, что наши ноги соприкоснулись.

— Неплохо. А тебе как — проиграть, несмотря на все попытки меня отвлечь?

Я положил руку ей на бедро и слегка сжал.

— Не особо расстроился.

Леннон сделала глоток.

— Скажи, когда захочешь облегчить свой кошелек еще немного.

Капля янтарного виски скатилась с ее губ и упала на грудь. Я провел по ней большим пальцем и слизнул вкус. Ее дыхание сбилось.

— Ты одна?

Она задержала губы на краю стакана.

— Отказываюсь отвечать.

Она мне не доверяла. И правильно делала. Забрать напиток лично у бармена — разумно. Не выдавать, есть ли у нее здесь знакомые, — еще разумнее. Я это уважал.

— Тогда скажи хоть что-нибудь.

Она изогнула бровь.

— Зачем ты сюда пришла?

Она сделала еще глоток. Снова капля виски на уголке губ. Я снова провел пальцем, стирая ее, и попробовал на вкус.

Она придвинулась ближе и заговорила низким, хриплым голосом:

— Чтобы вытянуть деньги из доверчивых ковбоев и немного развлечься.

— А теперь, когда деньги у тебя, что дальше? Как собираешься развлекаться?

— Кто сказал, что выигрыш — это не развлечение? — Она допила виски. — Ну так что, ты будешь брать себе выпивку, поцелуешь меня или продолжишь делать вид, что не можешь выбрать?

Этот чертов рот…

Я обхватил ладонью ее затылок и наклонился к ее губам, но не поцеловал. Вместо этого втянул ее нижнюю губу между зубами и слегка прикусил.

— Я дам тебе вести, беда. Скажешь, чего хочешь и я это сделаю. Как тот самый джентльмен, за которого ты меня принимаешь.

Уголки ее губ приподнялись.

— Отведи меня в тот темный коридор, и я сама скажу, когда остановиться. Могу даже выдать тебе утешительный приз за старания.

Я усмехнулся, стащил ее с табурета и потянул за собой в полутемный коридор.

— Утешительный приз? Ну конечно.

Она держала стакан, пока я прижал ее к шершавой кирпичной стене. Я накрыл ее губы своими и провел языком по линии губ, пока она не приоткрылась. Ее тело смягчилось, она подалась ко мне, позволяя мне вести.

— У тебя хороший вкус на виски, — пробормотал я, втягивая воздух.

Леннон рассмеялась.

— Зато со вкусом на мужчин мне не везет.

— Вот как? — Я провел рукой по ее животу, скользнул под край майки и потянул за вырез. — Я с радостью исправлю чужие ошибки.

Леннон вытащила деньги из лифа и сунула в карман. Затем наклонила стакан к ключице. Последние капли виски стекли по ее груди.

— Слижи, красавчик.

Я сжал ее волосы у основания шеи и потянул голову назад, открывая шею.

— Для тебя я «папочка», беда.

2

Леннон

Чертовы ковбои.

Си-Джей впился в мою шею, прокладывая дорожку укусов вниз, к ложбинке между грудями. Его одеколон окутал нас, пока он осыпал меня мягкими, влажными поцелуями по груди.

С губ сорвался вздох. Я ненавидела звучать так жадно и отчаянно, но прошло уже немало времени. И, черт возьми, как же он пах.

Я запустила пальцы в его волосы, едва не сбив шляпу. Он одной рукой поправил ее, пока я цеплялась за него.

— Ты не должна быть такой вкусной, беда, — прорычал он.

Шершавая ладонь скользнула по моей руке, задевая татуировки. От каждого прикосновения по спине бежала дрожь.

— Виски и дерзость. — Си-Джей впился зубами в бок моей груди. — Никак не могу насытиться тобой.

Его пальцы зацепились за край лифчика и стянули его вниз. На губах появилась довольная усмешка. Он провел большим пальцем по соску, задержавшись на штанге, поблескивающей в неоновом свете.

Я не отводила от него взгляда, пока его язык играл с металлическим украшением.

— Ну надо же, какие сюрпризы, — протянул он.

Он накрыл ладонью вторую грудь и надавил большим пальцем поверх ткани.

По груди пробежали искры.

— И тут тоже? — спросил он, проводя пальцем по другому пирсингу.

Я запрокинула голову, упираясь в кирпичную стену.

— Угу.

— Это твое слабое место, красавица? — Его взгляд поднялся, выискивая мою реакцию, пока он освобождал вторую грудь и сжал оба соска. — Это заставляет тебя перестать сопротивляться?

Тихий смех застрял в горле.

— Кто сказал, что я сопротивлялась?

Си-Джей перекатывал украшения между пальцами, и у меня подкашивались ноги. Его сильная рука метнулась вперед, прижимая меня к своей груди.

— Чувствую, немного боли тебя не пугает, — сказал он, проводя пальцами вверх по татуировкам. — Так?

Я прикусила губу, скрывая улыбку, но без толку.