— Ты ч…

Палец ложится мне на губы, и она качает головой. Этот палец скользит к вырезу моей рубашки. Она подходит ближе, я раздвигаю колени, впуская ее в свое пространство. Ловкие руки быстро расправляются с пуговицами, рубашка падает на пол. Затем ремень. Потом брюки.

В итоге на мне остаются боксеры и носки.

Привязанный к чертову стулу.

Эви опускается на колени.

Я стискиваю челюсть. Кровь мчится по телу и резко уходит вниз. Она наматывает волосы на руку, отводит их в сторону и смотрит на меня снизу вверх. Большие карие глаза темнее ночного неба. Но теперь в них огонь, который она искала месяцами. И еще месяцы возвращала после…

И сейчас этот огонь горит для меня.

Ее губы приоткрываются на вздохе, руки скользят по бедрам вверх и находят цель — мой член вырывается на свободу. Изящные пальцы обхватывают его у основания, и я стону низко, желая, чтобы руки были свободны — вцепиться в ее волосы, войти распухшей длиной до самого горла.

Она изучает меня потемневшим взглядом и проводит языком по головке.

И… черт.

Язык кружит вокруг кончика, зубы задевают чувствительную кожу, прежде чем она берет меня глубоко. Дыхание сбивается на короткие, обжигающие толчки.

Поднимаясь вверх, она не отрывает взгляда от моего лица.

Господи.

Ноги дрожат.

Желая вырваться, прикоснуться к ней, я тяну веревку на запястьях. Узел ослабевает, соскальзывает с одного запястья и болтается на другом.

Эви замирает, будто хочет, чтобы этот миг моего подчинения длился дольше.

И я остаюсь.

Закрыв глаза, стискиваю коренные зубы — единственное спасение от желания поднять ее, раздвинуть эти красивые бедра и войти в мою чертовски невероятную жену до упора.

Я не двигаюсь.

Она сжимает сильнее, усиливая вакуум, и тихий, сладкий писк срывается вокруг моего члена. Жар заливает тело, я стону, каждая клетка дрожит от разрывающей нужды.

Еще одно движение вверх и меня швыряет.

Я не смог бы вдохнуть, даже если бы попытался. Пульсация в члене превращается в мучительную боль.

Она отпускает меня с хлопком, кончик языка высовывается, облизывая губы.

ЧЕРТ.

Она встает, сдвигая бретели платья с плеч и опуская вырез, обнажая идеальную грудь.

Все… я пропал.

Сорвав веревку с запястья, я срываюсь со стула. Рука смыкается у нее на горле, и через миг я отбрасываю ее назад. Спина ударяется о стену каюты «Светлячка». Я поднимаю ее к бедрам, задираю платье, пока ладонь не находит…

Никаких чертовых трусиков.

— Черт, mo ghràdh, — рычу я.

Провожу пальцем по ее мокрому центру и накрываю ртом один упругий, идеальный сосок. Она извивается у стены каюты.

— На вечеринку без трусиков, малышка?

— Ночная сумка, — выдыхает она.

Я усмехаюсь. Это все для меня.

Моя… Моя жена.

Ее руки зарываются мне в волосы.

— Пожалуйста, Кэл.

— Без трусиков и умоляешь, жена. Такая чертовски нуждающаяся.

Она осыпает поцелуями мою шею, зубы скользят по чувствительной коже под ухом.

Я подталкиваю ее вход головкой, одной рукой вцепляюсь в волосы и тяну голову в сторону.

— Моя, mo ghràdh. Вся, черт возьми, моя.

— Твоя, — дышит она. — А теперь перестань тянуть, fear milis.

Я врываюсь в нее. Ладонь с хлопком ложится на стену над ее головой, я вхожу так глубоко, что «Светлячок» качается. Руки Эви взлетают к стене за спиной, карабкаются выше с каждым толчком.

Каждый из них — признание в любви. То, как мы сливаемся воедино. То наслаждение, что она дарит мне и которое я хочу вернуть в тысячу раз больше.

Она сжимается, всхлипы переходят в крики, и я отрываю ее от стены, шагая к стулу. Деревянное сиденье встречает мою голую задницу, она обхватывает мое лицо и подхватывает отчаянный ритм, который мы создали. Наш ритм. Живущий собственной жизнью.

Поднимаясь, она зависает в точке, где мы соединены едва-едва.

Ее любимое чертово место.

— Вниз, — выдавливаю я.

Ее губы находят мои. Я раскрываюсь, как влюбленный щенок.

Медленно, чертовски медленно, она опускается. В тот миг, когда садится до конца, она выжимает мой член. Голова откидывается, волосы падают на спину, идеальная грудь подается мне. Я смыкаю зубы на соске, тяну, затем тут же зализываю жжение.

Она раскачивается, накатывают волна за волной, сводя меня с ума.

Еще до того как ее оргазм схлынет, я встаю, разворачивая стул одной рукой и ставя ее на ноги. Мы расходимся лишь на секунду — я беру ее за затылок и накрываю рот обжигающим поцелуем. Держа за волосы, сгибаю ее через спинку стула и закидываю платье на зад.

Я не даю ей устроиться и вхожу до упора в мою чертову жену. Она качается мгновение, затем наклоняется ниже, упираясь руками. Сминаю ее зад ладонями, вбиваясь в нее. Резкий шлепок и награда приходит сладким рывком вдоль члена, когда она вскрикивает.

— Кончи для меня, жена.