Мне не хотелось слишком много думать об этом, поэтому я сосредоточилась на единственном, что могла сделать. Я оставила Энди ненадолго посмотреть мультики, а сама достала аптечку.

Внезапно у меня случилось дежавю, далекое воспоминание о том, как не так много лет назад я оказалась точно в такой же ситуации. Избитый Ник, получивший от Ронни, который разозлился на меня за то, что я заставила его проиграть в той подпольной гонке. А до этого, как и в тот вечер, он без колебаний избил того, кто осмелился угрожать мне. Этим днем на парковке супермаркета он сделал то же самое, защищая честь и благополучие нашего сына.

Как и тогда, мои глаза наполнились слезами. И точно так же, как тогда, он взял меня за подбородок и заставил посмотреть на него.

— Не плачь, — попросил он.

Я покачала головой, но от этого жеста слезы хлынули ручьем.

— Блядь, Ноа. Не делай этого со мной, прошу тебя, — взмолился он, взяв моё лицо в ладони. — Когда ты плачешь, ты меня убиваешь, пожалуйста.

От его слов я разрыдалась еще сильнее.

Он сжал меня в своих объятиях и, нежно поглаживая по волосам, зашептал мне на ухо ласковые слова.

— Любимая, ничто не стоит твоих слез. Не трать их на меня, любовь моя, — произнес он, вытирая моё лицо пальцами. Он поискал мой взгляд. Когда я посмотрела на него, он улыбнулся мне.

— Знаешь, как давно мне хотелось выпустить пар на одном из этих ублюдков? — сказал он, пожав плечами. — Как насчет того, чтобы забыть об этом? Сейчас мы приготовим восхитительный ужин для наших друзей и немного повеселимся. Жду не дождусь знакомства с нашим дорогим, любезнейшим новым соседом…

Это вырвало у меня смешок.

Мы оба прекрасно знали, как сильно ему «хочется» познакомиться с моим новым другом.

Ник снова посмотрел на меня, заглянул прямо в глаза и опять стал серьезным.

— Я всегда буду защищать тебя и нашего сына, ты ведь это знаешь? Я знаю, что ты всей душой ненавидишь насилие, но я никому и никогда не позволю причинить вред моей семье, и за это тебе придется меня простить.

Я кивнула.

— Я знаю, Ник.

Он поцеловал меня в лоб и позволил закончить обработку его раны.

Глава

17

Ник

Пока я разжигал огонь и следил за ним, Ноа занялась накрыванием на стол в саду. Солнце уже стояло низко и постепенно садилось, окрашивая облака в розовые и пурпурные тона. Этот чудесный закат словно пытался поднять мне настроение, но без особого успеха.

Я не хотел видеть слёзы Ноа, не хотел видеть, как она страдает из-за той дерьмовой ситуации, в которую я сам себя загнал, даже не осознавая этого. Я попытался отложить свои проблемы в сторону и показать себя с лучшей стороны на этом ужине с друзьями.

Ноа пригласила Дженну и Лайона, которых я не видел с того потрясающего и одновременно жутковатого бэби-шауэра. Мне не терпелось увидеть своего лучшего друга в роли отца. С тех пор как его дочь так внезапно, но невероятно появилась на свет, я даже не видел свою крестницу. Поэтому, когда я услышал безудержный плач младенца, я не смог сдержать улыбку.

Я отложил щипцы, которыми сдвигал угли на край гриля, вытер руки тряпкой и взял на руки Энди. Он играл с конструктором на пледе, который Ноа расстелила на траве, потому что у нашего сына была какая-то необъяснимая для меня фобия: он панически боялся наступать на траву босыми ногами. Вместе с малышом я пошел в дом.

Казалось, наши друзья решили к нам переехать. Дженна крепко прижимала к себе малышку в одном из тех слингов-кенгуру, в которых я сам иногда носил Энди. Рядом с ней Лайон толкал коляску, доверху набитую всяким барахлом; честно говоря, она больше походила на тележку грузчика.

Они попытались втиснуться во входную дверь все вместе, рискуя перевернуть коляску.

— Лайон, осторожнее! — закричала Дженна.

Ноа с улыбкой наблюдала за этой сценой, и я тоже.

— Вы что, решили поселиться у нас? — спросил я, подходя ближе, чтобы помочь.

Дженна испепелила меня взглядом.

— Ты, — сказала она, впиваясь в меня глазами, как умела только она. — Это всё твоя вина. — Она ткнула в меня пальцем. Крики Джун не давали мне толком расслышать, что она говорит.

— Что? — растерянно переспросил я, не в силах согнать ухмылку с лица. Достаточно было одного взгляда на них, чтобы понять: новая роль родителей давалась им нелегко. Кажется, я впервые видел Дженну без безупречной укладки и макияжа. Она была прекрасна, поймите меня правильно, даже красивее, чем раньше, без лишних блесток и мишуры. Ничто так не красит женщину, как младенец на руках, просто мы еще не привыкли видеть её такой.

— Если бы не твой прокол три года назад, дружище, у тебя бы не было этого очаровательного малыша, и… — Она осеклась, когда Энди, радостно лепеча, потянул к ней ручки. — Нет! Нет, не смотри на меня, Энди! Не смотри на меня этими огромными голубыми глазищами, потому что именно они уговорили меня на это безумие!

Я рассмеялся, и мы тут же помогли им занести все вещи.